— Почему ты не привела меня в чувство, когда рядом был Кей?! Почему ты ничего не сделала?! Ты же знала, как я хочу увидеть его! Почему ты ничего не сделала? Почему ты ничего не сделала, а?! — заело бедняжку.
— Но, Нина, — уже больше не чувствовала я восторга по поводу того, что имею редкую возможность ошарашить Нинку, — тебя невозможно было привести в чувство…
— Все невозможное возможно! — рявкнула она и повесила трубку."
"Я перевела дух. Ну вот, теперь виноват не кто иной, как я, Катрина. Я вчера еще беспокоилась о Нинке, а она теперь закатывает скандалы, будто бы это я ее подпоила, а потом и вовсе продала в рабство! Подумаешь, Нинка проспала момент личной встречи с этим сумасшедшим Кеем, зато у нее теперь есть синеволосый поклонник, которого она нечестным путем влюбила в себя.
Телефон тонко запищал, сообщая, что меня кто-то осчастливливает очередным звонком.
Вот и пяти минут не прошло! Опять звонит Журавль! Ну, я ей сейчас про небесную кару и сообщу. Не надо было ерундой страдать, тогда бы все хорошо и было… а я ни при чем.
Но ничего такого Нинке я сказать не успела, потому что, как оказалось, моя подружка успокоилась и почти совсем нормальным тоном спросила:
— Слушай… Кей меня, правда, на руках держал?
— Правда, — не ожидала я от нее такого вопроса, поэтому решила повременить с гневными нотациями.
Моя подруга вдруг счастливо и звонко рассмеялась.
Вот же эта Нинка — не человек, а загадка. Никогда не знаешь, что она следующее спросит или сделает, скоро вообще бояться ее буду. А смеется-то так, как будто бы ей щекочут подмышки сразу рук семь или восемь.
— Расскажи мне еще раз, как это произошло, — отсмеявшись, попросила она, — и не дуйся ты там в трубку. И не пыхти.
Странно, почему мне постоянно говорят, что я пыхчу. Нормально я дышу. Или все-таки пойти провериться насчет гайморита?
Спать этой ночью я легла только в два часа, пересказав одной любопытной девице едва ли не каждую деталь прошлой ночи.
Я в очередной раз убедилась, что Нинка — чокнутая, а мозги у нее сдвинутые набекрень.