"
"Шатенка не смотрела на любовницу мужа, она сверлила взглядом лицо предателя, с усмешкой заметив:
– Так вот где был первый раз вашей встречи? – Она протянула ладонь, второй раз за месяц повторив фразу: – Ключи от квартиры отдай! – А, уже получив связку в руки, добавила: – Вещи, документы и прочее заберёшь у Бероевых. Я подаю на развод!
Он вцепился в рукав пальто со словами, над которыми совсем недавно смеялся.
– Это не то, что ты думаешь!
Нина указала глазами на болтающийся между ног член.
– В этот раз то, что есть, – она окатила блондина ледяным взглядом и с презрением процедила:– Делать из себя дуру никому не позволю!
Нина шла по коридору, гордо вскинув голову, провожаемая полным отчаяния взглядом голубых глаз.
Плакать станет потом, не стоит давать дополнительной радости для рыжей разлучницы.
Глава 5.1
– Юлька, ты можешь сесть за руль?– вместе с голосом у Нины тряслись руки.
Блондинка посмотрелась в зеркало, оценивая внешний вид.
– Я с бодуна.
– Твоё обычное состояние в последнее время. Я на нервах въеду куда-нибудь.
– Избавь меня от нотаций, – Бероева с ворчанием перебралась на водительское сидение, – они не совместимы с похмельем.
Нина понимала, что выплёскивает злость на подругу, но не могла остановиться:
– Поэтому Олег не успевает прочесть их с утра?
– Я же просила, – Юлька, подстроив под себя зеркала, повернулась к ней: – Если будешь реветь, то пересядь назад.
– Не сейчас, – она вздохнула, приложив ладонь к груди, словно определяя, что творится внутри, и сделала неутешительный вывод:– Выгорело что-то во мне.
Нина откинула голову на подголовник, прошептав с сожалением:
– Закурить хочется, аж сил нет.
– Ты же бросила ещё в первую беременность?
– А сейчас затянулась бы с удовольствием.
Юлька вывернула на дорогу. Поражаясь выдержке мертвенно-бледной подруги.
– Прости. Второй раз я навожу тебя на измену мужей.
Нина прошептала сквозь зубы:
– Помолчи до дома….
Она закрыла глаза и зарычала, громко, надрывно, со стоном, всё шире открывая рот, постепенно переходя на крик.
Блондинка молча вела машину, плача без всхлипов, редкими крупными слезами за ту, что любила с детства, пропуская через себя случившуюся реальность.
Водители из правого ряда оборачивались, провожая взглядами красивую женщину с разорванной в клочья душой и сухими глазами полными боли. Выбрасывающую через глотку претензию к несовершенству мира, в котором всё рождается и умирает. Даже любовь…
Юлька не стала сворачивать к дому.