– Ты поможешь или нет?
– Как ее зовут, если не секрет?
Несколько мгновений я колебался.
– Дженна Тавиш.
Она изумленно заморгала.
– Тавиш? «Тавиш Ойл Корпорейшн»?
Я кивнул, нервничая.
– Ты шутишь? – сердито сказала она, хотя это был риторический вопрос. – Ты зовешь меня, стажера, чтобы я вытащила из тюрьмы дочь одного из главных нефтяных магнатов страны?
– Мы не хотим, чтобы кто-то узнал, нам нужна секретность. Кроме того, Дженна ничего не сделала, просто оказалась не в том месте и не в то время, – ответил я, молясь, чтобы София согласилась.
Она рассмеялась, копаясь в сумочке.
– Если бы мне давали доллар каждый раз, когда преступники так говорили…
– Моя девушка не преступница! Ты меня слышишь? – возразил Лион, который успел выскочить из машины и броситься к нам.
Я повернулся, положив руку ему на грудь.
– Успокойся, Лион. София приехала, чтобы нам помочь. Правда, Соф? – сказал я, пытаясь разрядить обстановку.
Она одарила каждого из нас снисходительной ухмылкой, и я догадался, о чем она думает: в ее взгляде сияло превосходство.
– Я помогу вам, – объявила она, обращаясь к нам обоим. – Но не называй меня Соф, тогда у вас будут проблемы.
Я рассмеялся. София была настроена крайне серьезно. Боже, женщины из нового поколения появлялись из ниоткуда и сразу с заряженным оружием. Может, и у Рыжей скоро будет чем обороняться?
София велела нам молчать и принялась кому-то названивать. Спустя, по-моему, целую вечность, она вошла в здание участка, а мы остались снаружи, ожидая, когда она сделает все, что нужно.
Ноа сидела в машине, и я воспользовался этим и заглянул в окно. Она выглядела измученной и грязной после гонок и бегства от меня.
– Ты в порядке, Рыжая? – спросил я, наблюдая, как Лука храпит на переднем сиденье, наплевав на все, что происходит вокруг.
Ноа молча кивнула, даже не взглянув на меня, но я уже ничего не успел добавить, потому что услышал, как открылась дверь полицейского участка и на улицу, помятая, взъерошенная и с небольшой ссадиной на правой скуле, вышла Дженна.
Ноа выскочила из машины и бросилась к подруге.
София стояла на крыльце. Дочь сенатора самодовольно ухмылялась и смотрела только на меня. Я улыбнулся ей и наблюдал, как она садится во внедорожник и уезжает туда, откуда приехала. Возможно, она все-таки не была занудой.
Мое спокойствие длилось недолго, звук звонкой пощечины прорезал предрассветную тишину. Обернувшись, я увидел, что Лион приложил руку к щеке и с отчаянием смотрел на Дженну.