За грудиной назревает масштабный бунт – слабо, но назойливо и неотступно пульсирует.
Я на грани катастрофического срыва.
По-хорошему бы – отпустить Богданову домой, отстреляться вручную и поймать утраченный дзен, завтра с ней продолжить… Только вот я, блядь, оказываюсь не способным дать бой своей похоти.
Зазываю Дикарку в дом.
Толку от ледяного душа ноль. Но это хоть позволяет оправдать пробивающий тело тремор. Ни хрена это не нервное, и не сексуальное возбуждение, просто замерз. В попытках скрыть слишком обличительные реакции организма, пялю на перекачанное бурлящей энергией тело спортивный костюм.
«Нагну, член достану и тупо трахну», – вырабатываю план.
Никак поцелуев. Никаких касаний. Никаких чувств.
Чтоб улететь, мне хватит лишь вмочить. Но я, безусловно, буду держаться и… Все получится. Должно получиться. Это ведь, сука, просто секс. Сколько у меня его было? Тоже мне сложнейший пилотаж. Даже если Богданова и остается вышкой, у меня, мать вашу, пробег. И похрен, что с ней топить приходится на ручнике.
Она не узнает. Нет, она догонит. Блядь, пожалуйста, пусть она не поймет.
Резко вдыхаю и решительно срываю с нее полотенце. Кручу от себя. Стискивая зубы, на миг глаза прикрываю. Распахивая, толкаю Дикарку к столу.
– Наклонись и упрись ладонями.
Она ежится. Вижу в находящемся за столом зеркале, как зажмуривается, словно я затребовал нечто омерзительное. Замирает и вздрагивает всем телом.
Мне похуй… Мне похуй… Глубоко похуй…
Смотрю на покрывающуюся мурашками кожу, и у самого по спине какая-то нездоровая волна летит.
Богданова вздыхает и, не поднимая век, наклоняется. Вслепую нащупывает ладонями стол.
– Ниже. Поясницу выгибай, – инструктирую сухо.
Она в очередной раз вздрагивает и опускается настолько, что следующий ее натужный выдох оседает на стеклянной столешнице запотевшим пятном."
"Хватаю ленту и отрываю крайний презерватив.
Агрессивно вскрываю зубами упаковку. Сдергиваю штаны. Раскатываю.
Веду взглядом по желанной плоти. Киску, попку – мутным взглядом зацениваю. На этом и стоило бы остановиться, приступать к процессу. Но я курсирую дальше.