Вскоре никто ни о чем уже не мог говорить, кроме как об исчезновении герцога Клеймора, и невозможно было даже протиснуться в толпе взбудораженных гостей. Уитни стояла в большой компании людей, включавшей ее тетю, леди Юбенк и Клейтона Уэстленда, а Пол безнадежно застрял на другом конце комнаты, зажатый между Элизабет Аштон и Питером Редферном, и никак не мог добраться до нее.
– Если хотите знать, Клеймор это время года обычно проводит во Франции, – сказал кто-то.
– Неужели? Вы так думаете? – осведомилась леди Энн, при этом ее раскрасневшееся лицо выражало неподдельную заинтересованность.
При первом упоминании имени герцога Клеймора вся апатия тети мгновенно улетучилась. Уитни решила, что это результат слишком большого количества выпитого вина. Но как ни странно, эти сплетни, которыми так очевидно наслаждалась тетя, чем-то встревожили отца – он явно нервничал и был не в своей тарелке, а кроме того, против всех обычных правил пил виски, бокал за бокалом, по-видимому, изнемогая от жажды.
Сама Уитни, которой не было до герцога никакого дела, находила тему чрезвычайно неинтересной и едва сдерживала зевок.
– Устали, малышка? – прошептал ей на ухо Клейтон.
– Очень, – призналась Уитни, и Клейтон, взяв ее под руку, накрыл узенькую ладонь сильными пальцами, словно пытаясь влить в девушку собственные силы. Уитни подумала, что ему не следует называть ее «малышкой» и уж тем более держать за руку так фамильярно, но была слишком благодарна за помощь и поддержку, чтобы придираться к подобным мелочам.
– Я слышала, что его парижская любовница покончила с собой в прошлом месяце, – сообщила Маргарет Мерритон потрясенным слушателям. – Говорят, он бросил ее, и она не вынесла позора. Отменила европейское турне, уединилась в своем доме, никого не принимала…
– И, – ледяным тоном перебила Амелия Юбенк, – сейчас тратит целое состояние, перестраивая загородное поместье, которое только что приобрела. Может, хотите заставить нас поверить, что все это проделывает привидение, вы, безмозглая дурочка?!"
"Побагровев от смущения под разящими нападками леди Юбенк, чей острый язык никогда и никого не щадил, Маргарет, с мольбой глядя на Клейтона, пробормотала:
– Мистер Уэстленд, вы были недавно в Париже и в Лондоне и, конечно, слышали о самоубийстве?
– Нет, – коротко бросил Клейтон, – не слышал.
Однако размышления отца Маргарет внезапно приняли иной оборот.