В документах в холодных официальных терминах указывалось, что она больше не обручена с герцогом Клеймором, что, таким образом, он берет назад свое предложение, и, следовательно, «деньги, драгоценности, сувениры и знаки внимания, переданные семейству Стоунов, сохраняются ими в качестве подарков».
Уитни трясущимися руками развернула записку, написанную размашистым почерком Клейтона. Он желает ей счастья с Полом! И посылает еще один подарок!
Чек на десять тысяч фунтов выскользнул из онемевших пальцев девушки. Голова закружилась так, что она судорожно схватилась за край столика.
– О Боже, – прошептала Уитни. – О Боже!
В дверь постучала Эмили и спросила, готова ли Уитни к отъезду.
– Сейчас спущусь, – хрипло отозвалась девушка и добавила, с трудом выдавливая слова, стараясь побороть судорогу, сводившую горло: – Ты… не знаешь, каким образом герцог попал на свадьбу? Значит… значит, Элизабет все-таки решила его пригласить?
– Д-да, – пролепетала Эмили радостно и почему-то немного виновато, – разве теперь ты не рада этому?
Комната пошатнулась и наклонилась.
Так, значит, Клейтон пришел не из-за того, чтобы увидеть ее, его просто пригласили, осознала Уитни, сгорая от унижения. Поскольку документы и записка датированы прошлым месяцем, он, естественно, думал, что она давно ознакомилась с ними. Безумный истерический смех разрывал легкие, угрожая вырваться наружу. Он всего-навсего решил принять приглашение Элизабет и как, должно быть, злорадствовал, когда она с обожанием смотрела на него!
И не только смотрела!
Уитни снова побагровела от стыда и ярости, вспомнив, как она прислонилась к нему! Позволила обнять себя за талию! И этот коварный, гнусный, самодовольный распутник, вероятно, посчитал, что она снова дает ему повод попользоваться ее телом! Возможно, даже собирается после банкета отвезти ее к себе и, учитывая поведение Уитни, уверен, что та согласится на все.
Уитни закрыла лицо ладонями и громко застонала. Клейтон будет на банкете. Ей придется выдержать еще и эту встречу.