– А что бы ты сделал, окажись перед тобой Малфой на коленях? – буркнул Нотт, всё ещё пунцовый от смущения.
– Я бы, – мечтательно завёл глаза Флинт, – расстегнул штаны. Гнида гнидой, а красивый, сука, как… как…
Ближний круг грянул хохотом, а Нотт убито махнул рукой.
Соратнички, люби их гиппогриф.
Когда в мутное, отродясь не мытое окно развалюхи в Паучьем тупике магловского городишки Коукворта постучалась роскошная снежно-белая сова, хозяин развалюхи сосредоточенно размышлял над загадочным поведением своего любовника.
По всем расчётам, любовник уже должен был прислать три-четыре письма с извинениями и сделать несколько попыток объясниться лично. Во всяком случае, последние десять лет всё так и шло – Северус затевал ссоры, а Люциус каялся во всех грехах, истинных и мнимых, и вымаливал прощение.
Сейчас же творилось нечто странное, после последнего скандала прошло почти две недели, но Люций не давал о себе знать. Северус даже начал беспокоиться, не случились ли чего. Беспокойство мешалось с изрядной порцией досады – нашёл о ком думать, это же Малфой, который вывернется из любой ситуации и будет, как ни в чём не бывало, продолжать выносить мозги окружающим.
Люциус был проклятьем Снейпа. Единственный из многих и многих поколений Малфоев, уродившийся без капли ума, Люц достался не кому-нибудь, а именно ему, Северусу Тобиасу Снейпу, будто Метки и Дамблдора было мало.
Тогда, после гибели Лили и её никчёмного муженька, Северус всерьёз подумывал о сведении счётов с жизнью. Умом Снейп понимал, что гибель Поттеров – кошмарно несчастливое стечение обстоятельств, но со своими чувствами он ничего не мог поделать.
Как это ни странно, но из самоубийственного настроения его вышибла Нарцисса Малфой. Её муж, сентиментальный рохля, изнеженный и избалованный сверх всякой меры, был необычайно хорош в постели. Северус и сам не понял, как стал любовником Люциуса Малфоя – богатого и красивого наследника древнего рода, которого видели в стыдных снах все худо-бедно половозрелые маги и ведьмы волшебного мира.
Самое странное, что Северус очутился в постели у Люца сразу после скоропалительного замужества Лилиан Эванс, как будто Малфой этого ждал.
Пламенно любить прекрасную женщину и трахаться с самовлюблённым павлином – поначалу Снейп не мог найти себе оправдания. Но с течением времени, Северус понемногу успокоился и понял, что на самом деле во всём виноват Люц. Он и Северуса совратил, и собственной женой пренебрегал, отчего та заимела огромный зуб на мужниного любовника.