– Потому как сразу понял, куда ветер дует.
– Так достал бы! – ничуть не заикаясь рявкнул Невилл, ощущая прилив уже знакомой злости. – Это ничего, что там ковеновы выкормыши в рядок расселись. Ты же у нас могучий воитель, можешь и с Ноттом на равных!
– Чуток подрасту, – набычился Рон, – может, и на равных смогу. Уизли – маги не из последних!
– Какие выкормыши? – заинтересовалась Гермиона. – В Слизерине учатся дети-сироты?
– Они везде учатся, Грейнджер, – буркнул помрачневший Рон. Шпилька Лонгботтома задела его сильнее, чем он готов был признать.
– Ковен – это наёмные убийцы? – изумилась Гермиона. – А куда смотрит Министерство и аврорат? Они же в тюрьме должны сидеть!
– Ты их сначала усади в ту тюрьму, – проворчал Лонгботтом. – Ковен – это гильдия боевых магов. Их всегда содержала Палата лордов, а потом они перешли на сторону Неназываемого.
Гермиона закусила губу и нахмурилась:
– И Гарри совсем один среди таких людей? Мы должны уделять ему намного больше внимания!
– Так, я устал бродить, – решительно сказал Рон и толкнул первую попавшуюся дверь. – Сюда! Здесь лет сто никто не бывал.
– Для столетия пыли маловато, – скептически возразила Гермиона, – но класс действительно не используется для занятий. Ого, тут даже зеркало какое-то старинное стоит.
– Оставь, – поморщился Невилл. – Если зеркало волшебное, его не заткнёшь. У меня дома есть парочка таких раритетов, хоть не подходи. Вон тряпка рядом лежит, давай накроем.
Они с Роном, попыхтев, сумели накрыть пыльной тряпкой здоровенную, в рост взрослого человека, раму с тускло серебрящимся стеклом. Слава Мерлину, зеркало молчало и не показывало непристойностей, как зеркало в старой гостиной особняка Лонгботтомов.
– Итак, – Невилл уселся на рассохшуюся парту, спешно очищенную заклинанием, и начал военный совет: – Гарри Поттер, что мы о нём знаем?
– Он змееуст, – твёрдо сказал Рон и добавил, опережая гневный ответ Лонгботтома: – Клянусь тебе, я не вру! На днях подрались Малфой с Монтегю, и Малфой начаровал ядовитую змею.