Едва в голову начали приходить худо-бедно приемлемые причины избавиться от навязчивой заботы, опять прицепилась Маккошка.
– Мистер Поттер! Извольте приступить к заданию!
Гарри едва не выругался вслух – трудно приступить к тому, о чём понятия не имеешь. Он нерешительно достал палочку и неуверенно махнул в сторону камня, лежащего на парте. Палочка плюнула фиолетовыми искрами, а камень, как на секунду показалось, издевательски ухмыльнулся.
– Вообразили себя Мерлином, мистер Поттер? Какова формула для осуществления превращений этого вида?
Хороший вопрос.
«Кто-нибудь» не подвёл.
– По-о-оттер, – протянул Малфой своим самым мерзким голосом. – Ты не способен даже камень в тарелку трансфигурировать. И это наш герой!
– Молчи, Хорёк! – ага, вот и Уизел. – Тебя не спросили!
– Тихо! По пять баллов с обоих за посторонние разговоры на уроке.
"Гарри на секунду прикрыл глаза и постарался успокоиться. Эту формулу он знал, хотя само превращение у него ещё ни разу не получилось. Он нахмурился, поддёрнул рукава мантии, сдул чёлку с глаз, сосредоточился и представил на месте камня тарелку.
Почему-то с овсянкой.
Зря он это сделал.
Никакой тарелки у него, конечно, не получилось.
Зато камень внезапно вспыхнул ярким белым пламенем.
На спешно созванное собрание деканов Снейп явился последним, а потому большую часть страстной речи Макгонагалл он пропустил.
– Мордредом клянусь, профессор, это пикси, а не человек, – Теренс приподнял Поттера за шкирку и легонько потряс. – Он и на Авалоне сможет найти неприятности. Куда его теперь?
Снейп посмотрел на нахохлившегося мальчишку и тяжко вздохнул:
– Отведите мистера Поттера в Больничное крыло и, будьте добры, расскажите о произошедшем мадам Помфри, я уже не успеваю.
– Нам лорд Нотт крепко-накрепко велел держаться от Поттера подальше, – пробурчал Ургхарт. – Я думаю, он знал, что говорил.
Снейп прикрыл глаза и потёр виски.
– Сделаем так, мистер Ургхарт, – сказал он наконец. – Сегодня же вечером вы напишете лорду всё, что знаете и думаете о мистере Поттере. Я, со своей стороны, тоже буду ему писать.