Что с того? Невилл сам не идеален, а сообща они справятся со всем на свете.
Не мечтай Гарри поскорее добраться до кровати, он даже восхитился бы гриффиндорской троицей. Они разработали целую операцию по его похищению из библиотеки: дождались, пока Малфой отправится на поиски нужной книги и скроется за стеллажами, шикнули на изумлённого Забини, выдернули Гарри из-за стола и резво потащили в свой «штаб».
Поттер вякнул было о завтрашней трансфигурации и недописанном эссе, но грифферы немедленно заткнули его обещанием поведать страшную тайну.
– К Хагриду не пойду! – решительно заявил он, едва переступив порог «штаба». – Сами выясняйте, что именно хранилось в том проклятом сейфе.
– И выясним, – набычился рыжий Рон, – без всяких слизней.
– Рональд, не сейчас, – оборвал его Лонгботтом и, помявшись, продолжил: – Гарри, я понимаю, что всё услышанное покажется тебе неправдоподобным. Ты же у маглов воспитывался, и оттого многие вещи покажутся тебе странными.
"Вступление насторожило, и Гарри медленно кивнул, в душе приготовившись к весьма дурным новостям.
– Только Малфою не говори, пожалуйста, – Невилл против обыкновения не мямлил, и оттого его просьба звучала неожиданно серьёзно. – Вы с Гермионой купились на его уловки, но на самом деле…
– Лонгботтом, – раздражённо перебил его Гарри, – я в курсе твоей нелюбви к Малфоям, можешь не повторяться. Напомню, что ни я, ни Гермиона в вашем гадючнике не воспитывались, и наследственной ненависти ни к кому из магов мы не испытываем.
Невилл помрачнел и сжал кулаки:
– Вот именно. Поэтому следует ценить чужие предостережения.
– Только твои? – разозлился Гарри. – С каких пор ты заделался пророком, Лонгботтом?
– Мальчики, не ссорьтесь, – вмешалась Гермиона, а Рон фыркнул и пробубнил себе под нос что-то вроде: «Слизень есть слизень».
– Мы не ссоримся, – виновато улыбнулся Невилл. – Гарри, Малфою не следует об этом знать, поверь мне.
– Хорошо, – Поттер едва удержался от колкости, которая так и просилась на язык, и сбавил тон: – Я слушаю.
Лонгботтом опять завздыхал, отчего-то залился румянцем, подёргал себя за рукав мантии и приступил к рассказу. Говорил он медленно, то и дело заикался и не поднимал глаз от пола, будто стыдился сказанного. Грейнджер и Уизли напряжённо внимали своему приятелю, и отчётливо было видно, что кое-какие подробности они слышат в первый раз.