– Блядь, это жмыр знает, что такое, – не унимался Теодор. – Думали же, папаня рыжих припугнёт. Зачем он с этим грёбаным письмом к Верховному чародею полез?
– Остынь, – укоризненно сказал Драко. – Кто нам правду-то расскажет? Полез – значит, надо было.
– Малфой, у меня всего один отец. А с Визенгамотом собачиться – дело опасное. Там, кроме нашего директора, ещё тьма серьёзного народа отирается.
– В войне с Дамблдором твой отец выжил сам и вытащил своих людей. Не погиб, не загремел в Азкабан и никого не сдал, как сволочь Каркаров, – возразил Драко.
Теодор горделиво приосанился, но потом угрюмо зыркнул на Малфоя и ворчливо произнёс:
– Возлюбленный моей матери… Всех под себя приспособил, Хорёк. Один «мой крёстный» чего стоит.
– Тео, мой друг, – засмеялся Драко, – что же в этом плохого?
– Всё охренительно, – вздохнул Теодор и похлопал Драко по плечу.
– Я просто написал маме, – пожал плечами Драко. – Она прикинула результаты такого союза и рассказала о них мистеру Булстроуду. Тот был настолько впечатлён, что согласился сразу и на всё. А Пьюси у нас сумасшедший, но не дурак – мигом сообразил, где кончается радуга.
– Что-то очень просто для Малфоев, – разочарованно сказал Тео. – Где многоходовые интриги и изощрённые пакости?
– Прости, пожалуйста, – Драко склонил голову и прижал руку к сердцу, изо всех сил сохраняя серьёзное выражение лица. – Обещаю в следующий раз сделать всё по правилам.
– Вот же скотина, – возмутился Нотт. – Какой ещё следующий раз, друг мой?
– Тебе послышалось, дружище. Ну что, идём на ужин?
За ужином наследник Ноттов по-прежнему был хмур и задумчив.
Не прошло и трёх часов после отправки совы в Нотт-мэнор, как отец Теодора прибыл в Хогвартс через директорский камин и имел долгую беседу с Дамблдором. А потом он отругал Тео и Драко за бахвальство недетскими навыками в боевой магии и ненужный шум вокруг Поттера.