После нескольких безуспешных засад Драко плюнул на осторожность, подошёл к Флинту и за пять галеонов получил «ночной пароль» на выход из гостиной.
– Тебе зачем? – поинтересовался квиддичный капитан, посмотрел на стопку монет и с видимым сомнением добавил: – Декан велел языком не трепать, но ты-то вроде свой.
– Сюрприз хочу Поттеру сделать, – честно ответил Драко Блэк, пнув Малфоя в глубины подсознания. В конце концов, боец с бойцом договорятся быстрее, чем боец с засранцем.
– Хорошее дело, – одобрил Флинт, сгрёб золото и от души хлопнул Драко по плечу.
Итак, к ожидаемым неприятностям Драко был готов.
Осталось лишь подготовиться к неожиданностям.
Первой из таких неожиданностей стала тяжёлая рука на плече и требовательный голос Грегори Гойла:
– А ну, Дракон, колись, что затеял!
– Ты о чём? – Малфой обаятельно улыбнулся и бросил быстрый взгляд по сторонам. Рядом с Грегом стоял Винсент, с суровым видом скрестивший руки на груди.
– Ты мозги-то нам не засирай! – Грег смотрел исподлобья и выглядел так, будто хотел кого-нибудь проклясть. – Мы за тобой давно уж наблюдаем.
– Да нет, парни…
– Поттеру своему расскажи, – буркнул Винс, – а мы тебя знаем как облупленного."
"Малфой мысленно поморщился. Крэбба и Гойла он упустил из виду, и совершенно зря.
– Ребят, если у вас вопросы какие по экзаменам…
– Понятно, – кивнул Грег и повернул голову к Винсу: – Спим по очереди, а в Малфой-мэнор летит сова.
В пустой мэнор совы могли лететь журавлиным клином, но перспектива очутиться под неусыпным надзором приятелей, у которых вполне достанет сил скрутить его и сдать крёстному, нисколечко не прельщала. Драко даже зашипел от досады и огорчения, но делать было нечего: пришлось признаваться.
Выслушав рассказ, парни переглянулись и уставились на Малфоя очень странными взглядами.
– Что?
– Это всех влюблённых так кроет или только ты сподобился свихнуться?
– Почему сразу кроет? – оскорбился Малфой. – Нормальный план, по-моему. Продуманный.
– Ночью. Один. Музыкальная шкатулка. Цербер. Лабиринт. Неопознанная хрень не пойми где на неведомых условиях, – задумчиво перечислил Винсент и вздохнул: – Ну её к Мордреду, эту любовь.
– Я, видно, тоже помру нецелованным, – проворчал Грег.