Просто по детской привычке.
Слуги уже подали ужин, и только сейчас в зал вошла госпожа Мирланда. Отчего-то хмурая-прехмурая.
– Как себя чувствуешь? – первым делом спросила у меня она, усаживаясь за стол.
– В целом нормально. Но лучше уж без всяких снадобий в дальнейшем, а то я от них проснуться не могу. А вы почему такая хмурая? Что-то случилось?
– Как сказать… – Она барабанила пальцами по столу, словно раздумывая, говорить ли вообще. Но все же вдруг выдала: – В замке кто-то есть!
– В каком смысле? – не поняла я.
– Да не о том речь. Явно есть кто-то посторонний.
Тиар враз в лице изменился. Спросил отрывисто:
– Вы уверены? С чего вы это взяли?
Что-то его реакция меня насторожила куда больше, чем слова госпожи Мирланды. Дуэнья принялась объяснять:
– Вилена, ты помнишь Берту, ту служанку, что все время про привидения говорит? Бред бредом, но, похоже, в ее словах кроме игры воображения есть доля истины. Не в плане привидений, конечно. А в том, что в замке явно есть еще кто-то, о ком мы даже не знаем.
– Вы можете показать, где именно его видели? – Тиар решительно встал из-за стола.
– Да, конечно. Прямо сейчас?
– Да, прямо сейчас и не откладывая. Вилена, побудь пока здесь.
– Еще чего, – хмуро возразила я. – Я должна знать, кто это в моем замке шастает. Так что идем.
Госпожа Мирланда привела нас в подвальный коридор. На завтра как раз мы планировали, что тут строители часть треснувших плит пола заменят. Вот потому дуэнья и заглянула сюда сегодня заранее, чтобы оценить фронт работ. Тогда-то исчезающий силуэт и увидела.
Честно говоря, тут было довольно жутковато. Да и само это место пробуждало у меня детские страхи, ведь мачеха частенько грозила запереть меня в подвале. А сейчас прямо озноб пробрал. Пусть и хватало световых сполохов, но, казалось, сами мрачные стены неумолимо давят.
– Вот, тут видела, – остановилась госпожа Мирланда.
Ничего примечательного здесь не было. Обычная каменная кладка. Но Тиар принялся тщательно осматриваться.