Понравился блеск в ее карих глазах, ее непослушный локон, выпавший их собранных в хвост длинных волос, ее яркое пальто совершенно неподходящего к мрачной зиме цвета. Где-то в глубине души я догадывался – она тоже, как и я, переживает не лучший этап своей жизни, но спросить о личной жизни и нарушить установившееся между нами отношения начальника и подчиненной не решился.
Стоит ведь сделать один неосторожный шаг, и магическое «Угощайтесь!» сдует промозглым зимним ветром.
А теперь… Вера открыла свою тайну, чем привела меня в замешательство.
Нельзя, ни в коем случае нельзя, чтобы о ее обстоятельствах узнали в совете директоров! У нас жесткая система отбора.
Стук в дверь вырвал меня из печальных размышлений и заставил собраться с мыслями.
– Войдите!
В кабинет вплыла моя бывшая теща – еще одно странное недоразумение моей разрушенной жизни.
Как обломок Титаника после крушения, Раиса Николаевна упорно плыла по ледяным волнам моей жизни и никак не хотела отчаливать в сторону своей счастливой дочери.
Но Раиса Николаевна – крепкий орешек! Чего стоит способность уживаться с бывшим зятем на одной территории! До меня долетало, что за глаза ее кличут «Драконшей».
– Макс, пора ехать, – встала передо мной Раиса Николаевна. – Знаешь же, что Галицкий не любит ждать… Что это?
В ее зеленых глазах блеснуло любопытство. Пробежавшись по раскрытому на экране письму от моего родного отца еще до того, как я успел свернуть окно, она ахнула, и ее лицо вытянулось в удивлении.
– Ты получил письмо от отца?!
– Как видите.
– Виктор Калинин твой отец, Макс?!
– Да, он мой отец, – пробурчал недовольно. – А что вас удивляет?
– Ты знаешь, что по итогам года он занял не последнее место в русском списке журнала «Форбс»?! Он в первой сотне списка! Знаешь, как называется эта сотня?! «Золотая сотня»!
Глаза моей тещи горели таким восторгом, что я закатил глаза.