Но нет, оказалось, что мы просто ходим по кругу, пытаясь избежать того, что, по сути своей, неизбежно."
"— Как видишь, все условия соблюдены. Остается только одна мелочь с моей стороны, — беру со стола бумагу о расторжении брака, окунаю перо в чернильницу и ставлю свою подпись, подпись Правителя.
Контракт вспыхивает и осыпается золотой пылью — все, он закрыт. Перевожу взгляд на Эйви. Она смотрит на горстку пыли на столе, потом на меня и поджимает губы.
Чувствую ее эмоции как свои. Разочарование и обида. Примешивается еще что-то, новое, непонятное.
— Полагаю, про истинность смысла нет спрашивать? — в голосе холод, которого я от нее не ожидал. Хотя чего я вообще должен от нее ожидать?
— Ответ будет все тот же. Это сказки.
— Что ж, — она пожимает плечами, поднимает подбородок. — Тогда я свободна?
До скрежета зубов сжимаю челюсти. «Не свободна она! Моя! Моя и только моя!» — рычит дракон.
— Да, — хрипло говорю я, откашливаюсь. — Этот домик остается в твоем владении.
— Хорошо, — кивает Эйви. — Всего доброго, ваша Мудрость.
Она поднимает бровь и указывает взглядом на дверь. Как же она прекрасна в своей дерзости и умении держать лицо. От этой мысли усмехаюсь сам себе. Она была бы прекрасной женой Правителя. Идеальной. Для меня, для двора и для всех подданных.
Подхожу к дверям и вспоминаю, что еще кое-что не сделал.
— Будь счастлива, моя маленькая Эйви, — твердыми шагами покидаю комнату.
Лунный камень почернеет, наш брак будет окончательно расторгнут, а Эви получит жизнь и свободу.
Глава 2. Пропажа
По прибытии Сайтон сразу прошел в кабинет, который обустроил в домике. Он не захотел со мной встретиться, не говоря уже о том, чтобы обнять.
Смотрю на себя в зеркало, очередной раз порываясь пойти к Сайтону, и снова откладывая. Утренняя тошнота к обеду уже не беспокоит, но вид все равно усталый и немного больной, как будто я мучусь от бессонницы. Щипаю щеки, покусываю губы. Должно же это хоть немного помочь.
Непроизвольно кладу руку на живот.