Со всей равнины собрались они вокруг Древобрада. Тот немного поговорил с ними на их языке; я думаю, он рассказывал им план, который уже давно созрел в его старой голове. После этого они растаяли в полутьме. К этому времени уже начинался день.
Я думаю, они оставили наблюдателей у башни, но эти наблюдатели прятались в тени и оставались совершенно неподвижными, поэтому я не смог их разглядеть. Остальные отправились на Север. Весь день они были заняты и не показывались. Большую часть времени мы провели одни. Это был утомительный день.
Тут будет реклама 1
Мы бродили поблизости, стараясь не показываться у окон башни: они на нас смотрели так зловеще. Большую часть времени мы искали, что бы поесть. Мы также сидели и разговаривали, обсуждая, что же происходит на Юге, в Рохане, и что могло случиться с остальными членами нашего Братства. Снова и снова слышали мы в отдалении грохот падающих скал, и гром эхом отдавался в холмах.
В полдень мы решили обойти по кругу и посмотреть, что происходит. У входа в долину стоял большой тенистый Лес хуорнов, другой Лес — окружая Северную стену.
Тут будет реклама 2
Мы не осмелились войти в него. Но из Леса были слышны звуки тяжелой работы. Энты и хуорны копали большие ямы и каналы, устраивали дамбы, собирая всю воду Изена и впадающих в него рек и ручьев.
В сумерках Древобрад вернулся к воротам. Он бормотал, гудел и бухал про себя, как будто чем-то довольный. Он вытянул свои большие руки и ноги и глубоко вздохнул. Я спросил его, не устал ли он."
"— Устал! — сказал он. — Устал? Нет, не устал, но тело затекло.
Тут будет реклама 3
Мне нужен добрый глоток из Энтвоша. Мы тяжело поработали: больше раскололи камней и изгрызли земли, чем за многие годы. Но работа уже закончена. Когда наступит ночь, не задерживайтесь у этих ворот или в старом туннеле. Тут будет вода, она вымоет всю грязь Сарумана. Тогда Изен снова будет чистым. — И он начал обрушивать части стены, не спеша, как бы забавляясь.
Мы только начали размышлять, где спокойно провести ночь, как случилось самое поразительное происшествие. Послышался топот копыт.
Тут будет реклама 4
Всадник быстро приближался по дороге. Мерри и я неподвижно лежали, а Древобрад встал за аркой ворот. Неожиданно, как вспышка серебра, проскакала большая лошадь. Было уже темно, но я ясно смог разглядеть лицо всадника: оно казалось сияющим, вся одежда всадника была белой. Я сел, открыв рот. Попытался окликнуть его и не смог. Но в этом не было необходимости. Он остановился рядом и посмотрел на нас.
— Гэндальф! — сказал я наконец, но голос мой был лишь шепотом.
