— Ты плохо спала ночью.
— Из-за вас, — выдохнула я сипло, моля о том, чтобы пульс перестал ускоряться, иначе я лопну от счастья.
— Мы всё ещё на «вы»? — шепнул Мирон Александрович насмешливо и плавно сместился от шеи к уху. — И это после… как ты их назвала? Языческих хитросплетений? Полиглотаний?
Боже! Я ведь действительно назвала так наши поцелуи!
Прижала Тимку к своему лицу, чтобы скрыть румянец, — отличное прикрытие.
— Скажи своему папе, чтобы перестал меня смущать, — заговорщицки шепнула Тимке.
— Лучше мы дадим тебе еще пару часов на то, чтобы выспаться. Сейчас только шесть утра. Отдыхай, Май, — чмокнул меня в плечо Мирон Александрович и, мягко вытянув из-под моей головы свою руку, подхватил Тимку.
Исподтишка наблюдала за тем, как взъерошенная после сна шевелюра Мирона Александровича тихо скрылась за дверью. Тихо прикрыв за собой дверь, Тимка и его папа оставили меня в комнате одна. Резко перекатилась на спину, самую дурацкую в мире улыбочку пришлось спрятать под одеялом и туда же беззвучно повизжать и подрыгать ногами.
Спать не хотелось вообще. Хотелось бежать за широкой спиной с потрясающей игрой мышц под гладкой кожей и впечататься в нее лицом, оплетя торс руками и ногами. И визжать! Не знаю, почему, но очень хотелось визжать. Грудную клетку буквально переполняло вихрем эмоций. Я готова была делиться ими со всем миром, но мне сказали спать.
Действительно. Лучше посплю, иначе точно оглушу кого-нибудь своим визгом.
Завернулась в одеяло как довольный червячок, но уснуть так и не смогла.
Когда лежать уже стало скучно, а внизу всё более отчетливо было слышно, что все проснулись, я решила выбраться из-под одеяла. Поправила халат, причесалась, даже ресницы тушью подкрасила. Отрепетировала перед зеркалом невозмутимость, но по горящим влюбленностью глазам можно было понять вообще всё.
Спускаясь вниз, чуть не свалилась со ступенек, когда наши с Мироном взгляды пересеклись. От его легкой улыбки уголками губ я мгновенно почувствовала, как к щекам прилил жар, а дыхание сбилось. Чтобы заслонить лицо и перестать пялиться и смущаться, сделала вид, что у меня зачесались брови и лоб.