У нее хватило смелости спуститься по черной лестнице, подобрав юбки позаимствованного синего бального платья, и направиться на цыпочках к огромному бальному залу, но тут из-за угла показались двое слуг и она вбежала в ближайшую комнату, оказавшуюся гостиной, к счастью, пустой.
Медди пыталась собраться с духом, чтобы продолжить действовать в соответствии с планом, или поддаться голосу разума и убежать обратно наверх, поджавши хвост, когда дверь распахнулась и в комнату ворвался какой-то джентльмен.
– Простите, – произнес он, отойдя от двери и сделав шаг ей навстречу.
Голос у него был глубокий и такой бархатный, что от его звуков у нее по спине побежали сладкие мурашки.
– Мне нельзя здесь находиться, – ляпнула Медди первое, что пришло на ум.
На каминной полке недалеко от нее стоял канделябр со свечами, и этого света было вполне достаточно, чтобы она могла разглядеть незнакомца. Это наверняка гость: в строгом вечернем наряде с белым жилетом, манишкой и широким галстуком.
– А почему? – спросил Джастин заинтересованно, выгнув темную бровь.
Нет, как раз наоборот: ей очень хотелось на бал, но она вдруг задумалась. А что, если в бальном зале ее узнает кто-то из слуг? Всё знает только Энн. Медди рассчитывала на то, что другие слуги будут слишком заняты, чтобы рассматривать каждого из гостей, но ведь достаточно всего одного внимательного взгляда, чтобы ее план рухнул.
– Я прячусь, – призналась Медди, поскольку чувствовала, что джентльмен ждет объяснений.
– Почему? От кого? – уточнил он, сделав шаг ей навстречу и озабоченно нахмурившись.
– А почему вы здесь прячетесь? – спросила она вместо ответа.
Ей и вправду было очень любопытно. Такой привлекательный джентльмен должен быть нарасхват. Значит, у него есть веские причины скрываться."
"– Я ненавижу подобные сборища, – заявил незнакомец, и губы его тронула легкая усмешка.
– Вы не любите танцевать?
Наверное, это неправильно, когда такой красавец мужчина игнорирует балы.