Если бы в ее голосе не прозвучала еле заметная печаль, вероятно, он смог бы пройти мимо нее, выйти за дверь и вернуться в бальный зал, чтобы продолжить поиски будущей маркизы. Но все это вкупе с тем, что последние три часа он думал только о ней, заставило его протянуть руку и нежно погладить ее по щеке.
Она закрыла глаза и затрепетала, но, как только он услышал ее вздох, стало слишком поздно. Черт подери! Он пытался не сталкиваться с ней, старался изо всех сил, но сегодня самообладание изменило ему. Все эти недели он вообще не прикасался к женщине.
Джастин заключил Медлин в объятия, и их губы слились. Она откинула голову назад, губы ее приоткрылись, когда его ладони обхватили ее лицо. Поцелуй был долгим и страстным. Его язык вновь и вновь проникал к ней в рот, а она прижималась к нему всем телом и обвивала руками шею. Она простонала, и его естество тут же отреагировало. Она запустила руки ему в волосы и еще крепче прижалась к нему, чтобы поцелуй не кончался.
– Я пытался держаться от вас подальше, черт подери! – прорычал Джастин, с трудом оторвавшись от ее губ.
Оба тяжело дышали, голоса были хриплыми.
– Я тоже старалась, – призналась Медлин.
Он закрыл глаза и опустил руки ей на плечи.
– Медлин, вы единственная женщина, о которой я могу думать.
С ее уст сорвался полустон-полувсхлип, руки обвили его шею, и они опять слились в поцелуе.
Через несколько мгновений он оторвался от нее и с сожалением сказал:"
"– Надо возвращаться в бальный зал, а то мое отсутствие непременно заметят.
– Конечно. – Она нерешительно отступила назад, прижав пальцы к губам. – Вы ведь хозяин.
Он на секунду прикрыл глаза и опять сжал кулаки. Это мучение, чистой воды пытка.
– Медлин, я…
– Идите же, – сказала она дрогнувшим голосом.
Джастин кивнул и направился к двери. Ну что тут скажешь? Они не могли оторваться друг от друга. И что с этим делать? Приказать ей не появляться на первом этаже? Это безумие.
Когда он дошел до двери, та почему-то оказалась закрытой. Его охватило тревожное чувство. Разве Медлин не оставила ее приоткрытой? Он быстро вышел в коридор и огляделся по сторонам. Слава богу, никого. Поправляя волосы и галстук, он направился в сторону бального зала, а в такт шагам мозг сверлила одна мысль: «Похоже, я попал в переплет».
Глава 22
Медди сидела на краю кровати, уставившись невидящим взглядом на одинокую свечу, озарявшую комнату.