И все будто смогли вздохнуть. Понимаю, выглядит так, будто мы что-то нарушили. Хотя все боролись с тварями, а потом таскали раненых. Не вяжется. Мне и самому интересно, что дальше.
— Расслабьтесь. Сами видели, какая тварь пролезла, вдруг протокол отрабатывают. Верки не было. Тут куча фактов, что может и из-за чего, — решил успокоить ребят. — Володя, не поделишься с другими, что у тебя стряслось? — перевел я тему.
— Ничего! — буркнул недовольный Борзов.
— Я сейчас прислушаюсь к словам сержанта и поговорю с тобой по-другому! — сказал спокойным голосом отца и посмотрел его взглядом на паренька.
Того аж передернуло от моей улыбки. Володя что-то забурчал себе под нос.
— Я, когда случился прорыв, работал над монстрами, которых принесла девка с отрядом. Потом закончил и увидел пострадавших. Думал помочь, но Даша сказала не высовываться, — начал говорить Володя.
— Даша? — пробасил Мясоедов. — Так ты прешь нашего медицинского сотрудника? И как? Хороша баба?
Все уставились на Витю. Володя побежал к голому гиганту, а я сбился с мысли.
— Медицинского, — повторил я про себя, пребывая под впечатлением от Вити.
Отвлекся, потому что громила ржал. Он выставил ладонь и упер ее в лоб Володи, который махал руками под его конечностью и орал.
— Тварь! Тупое существо! Что ты себе позволяешь? Да я тебя… — после этих слов Борзов достал какую-то бутылку из кармана штанов и кинул в харю Вите.
Звуковая пуля успела попасть в нее и откинуть в стену. Настроение поменялось после того, как стена стала плавиться.
— Достали, суки! — крикнул я и переместился к двум идиотам. — Рев зверя!
Дверь в душевую вылетела, как пробка из-под шампанского. Первое, что удивило — моя магия никак не подействовала на меня, а вот разборки прекратились.
Витя лежал на полу с Володей, схватившись за уши, со стеклянным взглядом в никуда. Кровь выступала из-под пальцев ребят. Переборщил? Вбежал Самсон.
— Солнцев! Мать твою! Какого? Бл………… Вас всех на… крутил.
Все бы ничего, но со мной на ногах остался стоять только Айваз. Выбежали девушки из своей комнаты, встали в проходе. Мы стояли в чем мать родила, а сержант продолжал орать благим матом. Когда Ольга и Елизавета опустили глаза и заметили то, что, возможно, еще не видели в своей жизни.
Обручева запищала и прикрыла рот.