— Забери мопед и жди там. — Я кивнул на торец жилого дома метрах в пятидесяти отсюда.
Казалось бы, после того, как явился в логово бандитов и потребовал аудиенции с главарем, я ничего не должен бояться, но проснулся детский страх перед отребьем и на минуту поглотил разум. Но я переборол страх, постучал в заколоченное фанерой окно.
— Эй, бродяги, есть кто?
Понятия не имею, как беспризорники друг к другу обращаются, казалось, «бродяги» — не обидно и по-взрослому.
В щели между досок мелькнул глаз, даже в темноте были видны красные капилляры, расчертившие белок.
— Ты кто? — хрипнули голосом, который только начал ломаться."
"— Неважно. Скоро холода. Я вам вещи теплые привез. Не супер, но согреться хватит. Они вот тут, в мешке.
— Да пошел ты знаешь куда?..
Паренек рассказал, как он моя труба шатал, и отправил меня в пешее эротическое путешествие под радостный визг и свист малолетних бродяжек.
— В оппу себе засунь! — заключил он.
— Боюсь, не влезет, — парировал я и прислонил мешок к стене, медленно пятясь.
В доме завозились, донеслись шаркающие шаги. Драка с теми, кому я хотел помочь, в мои планы не входила, и я быстрым шагом поспешил удалиться.
Преодолел полпути, когда из старого дома высыпали темные силуэты, обступили мешок, двое направились за мной.
— Косой, не гони, — проговорили взрослым голосом, и парочка остановилась.
— Наглухо отбитые, — сказал Бузя, наблюдающий за мной из-за соседнего дома, выкатил Карпа.
— Да, отмороженные. — Я подошел к нему, завел мопед, и мы покатили домой.
Отбитые, наглые, да, но — живые, вот пусть такими и остаются — живыми. Вдруг для кого-то из них не все еще потеряно?
В спину подгонял пронизывающий все усиливающийся ветер. Неужели ждать бурю со дня на день, а не через неделю?
В принципе, бояться нечего: все самое важное сделано: товар в Москву отправлен, помощники Каналье найдены, запас продовольствия Лидии доставлен, свечи домой куплены, холодильник полон — несколько дней можно переждать.
Что ж, предупрежденный вооружен!
Эпилог
Пятница, 5 ноября 1993 г.
— Давай скорее, — торопил Илья, сидящий на мопеде сзади, он больше меня боялся опоздать на тренировку, назначенную на шесть вечера.
Мы тащились за зерновозом, который то и дело съезжал на обочину и поднимал облако пыли. Казалось, и в носу, и в бронхах цемент.
— Как? Видишь — он виляет прицепом, — проорал я, чуть повернув голову.