Воровато оглядываясь, он протянул мне доллары разными купюрами, которые я осторожно пересчитал и сразу же отправил во внутренний карман куртки.
Как бы начать разговор о бандитах? С какого края подступиться?
Но валютчик сделал это за меня, подвигал челюстью и с ноткой горечи сказал:
— Похоже, скоро придется менять место или вообще уезжать.
— Я был на рынке, когда случился налет. — Я потер свою нижнюю челюсть. — Это они сделали? Хоть деньги у тебя не забрали?
— Ха, это не так просто, — вполголоса ответил он.
— Почему тогда придется уезжать? — подозревая неладное, спросил я. — Наши авторитеты, что, сдадут территорию без боя? Тем более беспредельщики известны.
На этот раз его ухмылка больше напоминала гримасу.
— И правда, откуда тебе знать. Расстреляли всех сегодня ночью. То есть вчера.
— Как — всех? — вытаращил глаза я.
— Наши группировки обезглавлены. Пока соберутся с силами, начнется замес, противник-то серьезный. Как бы не сегодня начали подчищать недобитков. Стою тут на свой страх и риск.
Похоже, вопрос о кофе снимается сам собой. Зато второй вопрос, самый важный, становится как нельзя более актуальным. Все зависит от реакции валютчика.
— А можно подробности? — осторожно поинтересовался я и добавил: — Кажется, у меня есть кое-какая информация.
Глава 15
Груздь в кузове
Как только выразил желание сдать «славян», время будто замедлилось, и обострилась социофобия — я оцепенел.
Валютчик удивленно уставился на меня, не веря своим ушам.
Ощущение было, как если стоишь с петлей на шее на колченогом табурете, готовом развалиться в любой момент.
— Какая информация? — осторожно прошептал валютчик.
Я сглотнул вязкую слюну и ответил:
— Сперва мне нужны подробности.
На лице Павла промелькнуло раздражение.
— Это тебе не игрушки, мальчик. И праздному любопытству тут не место."
"Дыхание перехватило. Подробности мне были нужны для уверенности, что иначе нельзя, ведь можно было действовать и не так радикально, например, обратиться к ментам через Лялину, это могло предотвратить перестрелки в городе.