Мелодия продолжала звучать, усиленная моей магией. Сейчас ее слышал каждый эльф в городе. Дракон подо мной закричал снова и направился туда, откуда прилетел – на место своего погребения в горах.
Я играла все время, пока с огромной скоростью стая неслась сквозь ночь. Даже если эльфы воспользуются потоком, они придут слишком поздно. И мне каким-то чудом нужно продержаться до их прихода в одиночку.
«Я с тобой», – спокойно напомнил Тьен.
Я почувствовала, что он старательно зализывает рану на моей ноге. Да, на берегу мне еще придется побегать, чтобы убить остальных.
Наконец, впереди показался берег горной речки. Дракон плавно опустился в центр холма, по которому вилась тропка. Всего несколько дней назад Ян-Лин беззаботно шагал здесь.
Один за другим дважды убитые опускались на землю и окружали того дракона, на котором сидели мы с Тьеном. А из-под холма выбрались три новые твари. Несколько тягостных минут они слушали музыку. Но мои силы не были бесконечны. Поэтому я с сожалением отняла от губ окарину и убрала в мешочек.
Я выхватила катану и пробудила духа. Лезвие оделось зеленым светом, и я прыгнула вперед, отсекая лапу ближайшей твари. Дальше все слилось в череду бесконечного хруста костей, свиста клинка и яростного клича дважды убитых. Я рубила и уворачивалась. Тьен помогал изо всех сил, вцепляясь в тянущиеся ко мне лапы, перехватывая гибкие длинные хвосты, которые пытались пронзить меня шипами.
Но потом я увидела, как острый шип твари вонзился прямо в центр треугольного камня на ошейнике Тьена. Магический доспех погас, и у моего четвероногого друга не осталось защиты. Я изрубила на куски хвост твари, которая это сделала, но исправить уже ничего не могла. Никогда в своей жизни я не сражалась так отчаянно. Никогда еще катане Соджи Мисуто не приходилось столько рубить.