Мастера такого класса не работают с группой, а значит, за дверью не скрывается патруль поддержки.
— Что тебе приказали?
— «Погасить облик»[58] носителя утечки информации. И дали твой адрес.
— Лихо! Узнаю почерк «фискалов». Управление «К»?
— «Т». А ты из «Смерша»?
Оба рассмеялись, тихо и невесело.
— М-да. Что будем делать?
— А ничего. Нам двоим нечего делить в этом мире, а в твою вину я не верю. Попытаюсь разобраться, в чем дело.
— Не пытайся — уберут.
— Пусть попробуют, — заявил Василий не без бахвальства, на которое, впрочем, имел основания.
Исчез он в два приема, не так, как Горшин, но тоже бесшумно и быстро, словно призрак.
— Кто это был? — проворчал сбитый с толку Леша.
— Папа римский. — Матвей очнулся, открыл кое-как навешенную дверь и вытолкал Алексея на площадку. — Аллюр три креста, Леха, не дожидайся облома[59]. Может, когда и встретимся.
Собирался Матвей пять минут, в последний раз оглядел квартиру, проверил, не ждут ли его во дворе, и спустился к машине.
Интуиция подала сигнал тревоги, когда он входил в лифт: под почтовыми ящиками на стене в подъезде возился с инструментами в чемоданчике молодой парень, второй в это время «ремонтировал» электрощит, а третий якобы дожидался, пока опустится лифт.
«Попутчика» он нейтрализовал ударом кулака по точке ван-ку, расположенной позади уха, причем так быстро, что взмах его руки был нечитаем противником. «Ремонтник» попытался воспользоваться автоматом «АКС-93» «гном», выхватив его из-под комбинезона, и был наказан жестоким блоком с ответом в висок.
Матвей проехал этаж, на котором располагалась квартира Дикого, спустился по лестнице до поворота и прыгнул сверху на двух куривших амбалов, от могучих бицепсов и шей одежда на них трещала по швам.
— Ну что? — высунулся из приоткрывшейся двери еще один здоровяк. Вряд ли он успел понять, что произошло, прежде чем потерял сознание от легкого прикосновения ребра ладони к темени. Удар этот в русбое называется «поцелуй в лысину».