— Нарзан, — ответил Горшин.
Завьялов с любопытством глянул на непробиваемое спокойное, уверенное лицо гостя, хотел спросить: откуда вы знаете, что у меня есть минеральная вода? — но не спросил. У него уже давно сложилось впечатление, что Граф знает все.
Выпили по бокалу холодного нарзана, сидя в удобных легких креслах.
— Что будем делать, Граф? — спросил наконец Дмитрий Васильевич. — Нас заставляют воевать на всех фронтах. Долго мы так не продержимся.
— К сожалению, ничего успокаивающего сообщить не могу. Против нас заработала куда более мощная организация, чем ФСК и МВД, а деятельность ее спрогнозировать трудно.
— Что еще за организация? — поднял брови Завьялов. — Президентская служба безопасности?
— Конкере. «Монарх тьмы». — По губам Горшина скользнула насмешливая и в то же время грустная улыбка. — С одной стороны, я рад, ибо добивался того, чтобы нас заметил именно он… или она, организация. С другой — мне пока нечего ему… ей противопоставить.
— Это что-то новое. До сих пор я считал, что «Стопкриму» по плечу справиться с любым противником.
— С людьми — да, но она… в общем-то Конкере вовсе не организация, скорее система — и в то же время личность. Короче, он не человек.
— Пришелец, что ли? — с добродушной иронией осведомился Дмитрий Васильевич.
— В том смысле, который в это слово вкладываете вы, нет. Он живет везде, во многих реальностях и пространствах, в том числе и на Земле.
— Может, разъясните мне попроще, что он такое? — со все возрастающим раздражением проговорил Завьялов.
— Не нервничайте, Дмитрий Васильевич. В то, что я сообщу, вы не поверите, начнете мучиться, прикидывать, не псих ли я. У нас и без того есть о чем беспокоиться. Настанет момент, и я расскажу вам все, что знаю, но лучше бы он не наступил.
Завьялов залпом допил минералку, сходил в ванную, умылся и вышел посвежевший.
— Жарко уже с утра, представляю, что будет днем. Граф, комиссар-три сообщил, что ФСК наметила грандиозное прочесывание спортивного мира с целью захвата работников «Чистилища».
— Знаю, я предупредил кого следует. Но даже если они возьмут одного из наших исполнителей, выше командиров монад им не добраться, не говоря уже о спикерах и оперграндах.
— А если они перехватают всех исполнителей? С кем будем работать?
— Это моя забота, исполнителей найти легче, чем комиссаров. Кстати, как вам Рыков?
Завьялов насторожился. Граф не сказал «комиссар-три», а назвал фамилию, и это не было случайностью.