Глаза его были полузакрыты. В этот момент он проверял свои ощущения: за ними кто-то наблюдал, аморфный, темный, угрюмый и опасный, как болотная трясина.
— Вас «пасут», — сказал он наконец.
— Я проверялся не один раз. Может быть, не меня, а вас?
— Я бы учуял. Следят за вами. А я хотел доверить вам этого мальца.
Зинченко глянул на безучастного ко всему Стаса, и Матвей коротко рассказал ему, что с парнем произошло.
— Придется отказаться от этого варианта, извините.
— Понимаю. Что ж, удачи, ганфайтер.
— Если такое случится, руководители «Чистилища»… уйдут в отставку. Обещаю.
Зинченко улыбнулся:
— Мне бы вашу уверенность. Звоните, если понадоблюсь, номер этот известен только мне и вам.
Замначальника Главного управления по борьбе с организованной преступностью пересел в свою машину, и «Волга» умчалась.
Вторую машину, точную копию бежевой «девятки», он заметил через минуту, свернув по Варварке направо, к Солянке. Заехал в первый попавшийся двор и, приказав Стасу ждать, выбежал на улицу, чтобы рассмотреть преследователей.
Их было всего двое, водитель и пассажир.
— За кем идете? — тихо спросил Матвей, пряча в карман найденную на сиденье рацию.
Водитель дернулся было, но понял тщетность попыток освободиться, нервно облизнул губы.
— Кто ты такой, чтобы спрашивать?
— Если я начну повторять вопросы, останешься глухим на всю жизнь.
Шофер снова заерзал на сиденье, выругался:
— Вот скотина!..
Матвей щелкнул его по уху, и водитель заорал от боли.