Остановило его не количество нападавших, а выражение глаз Ибрагимова: в них тлела ненависть и скрытое торжество, будто он знал нечто такое, что для противника наверняка окажется страшным сюрпризом.
Снова в тревоге сжалось сердце, и Матвей, уже понимая, в чем дело, опустил автомат.
— Не стрелять! — поднял руку Ибрагимов. Змеиная улыбка скользнула по его жестким узким губам. — Я знал, ганфайтер, что ты вернешься. Но лучше бы ты этого не делал. Впрочем, своим друзьям ты бы тоже вряд ли помог.
Матвей молча смотрел на него, и начальник службы безопасности Купола продолжал:
— Их взяли на развилке, так что, увы, надежды твои не сбылись.
— Что… с ними? — разлепил губы Матвей.
Майор засмеялся. От его смеха, наверное, свернулось бы молоко."
"— Шеф подкинул хорошую идею: мы из них сделаем зомби, как вот из этих ребят, и выпустим. Даже если ты вывернешься и на этот раз, что маловероятно… и даже совсем невероятно, твои друзья в один прекрасный момент убьют тебя.
И Матвей сразу поверил Хасану: именно так и случится, если он не успеет предотвратить кодирование.
Бесшумная и не видимая никем «молния» ментального разряда вонзилась в голову, растеклась по жилам, запульсировала странным, жгучим и одновременно приятным огнем в нервных узлах, включила экстрасенсорное видение и сферу парачувств, перевела энергетику организма на прямое «сгорание» эритроцитов, изменила внутреннее течение времени.
Матвей «вышел» из общего потока времени, и для него внешний мир перестал быть динамичным, застыл, как в проекторе слайд.
Нет, парни в черном, конечно, двигались, как и Хасан Ибрагимов, чей пистолет, словно по волшебству, начал стрелять почти одновременно с первым шагом Матвея, но все равно их реакция уступала реакции Соболева на порядок, если не больше.
Убивать Ибрагимова собственноручно Матвей не стал, просто у двух «беретов» направил стволы автоматов таким образом, что стрелять они начали в своего командира и друг в друга, а оставшихся в живых «взял на удар», впервые в жизни действуя в полную силу, не дозируя силу и не чувствуя при этом ни малейших угрызений совести.
Бой закончился в течение пяти-шести секунд «по внешнему времени», и отряд зомби во главе с Хасаном Ибрагимовым перестал существовать. А Матвей с «плеском» нырнул в омут беспамятства, внезапно выходя из состояния паранормальной активности с мыслью, что еще одного пси-включения он не выдержит.