И третье: «федепасы» взяли художника, работающего, по моим данным, на «Чистилище». Выясните его связи.
— Вряд ли мы выйдем на руководителя. С художником наверняка работал рядовой исполнитель, «шестерка»."
"— Художник делал эмблему и для «Стопкрима», а следовательно, он знает кого-то из старого состава «Чистилища». К тому же мне известно, что один из комиссаров «ККК» отказался работать в новой команде. Выясните, кто именно. Через него мы и выйдем на руководителя «ККК».
Юрген промолчал. Он уже не удивлялся осведомленности министра, убедившись, что все его сведения абсолютно точны и всегда подтверждаются.
— Каковы результаты вашей возни по убийствам Силакова и Простатова?
— Работали профессионалы, — нехотя ответил Юрген. — Но почерк разный. К тому же ясно, что Силакова убрали не «чистильщики». В их плане его фамилия не значится, в то время как Простатов — пятый по списку.
— Не имеет значения! — тяжело выдохнул Гусев. — Для всех нас это сделала «ККК», понятно? И искать мы будем только ее.
— Мы вышли на Ассоциацию ветеранов спецслужб «Барс», есть подозрения, что она работает на «Чистилище».
— Всего лишь подозрения, не факты?
— Завтра-послезавтра мы прощупаем ее и посмотрим, какова будет реакция. Думаю, и факты появятся.
— Хорошо. — Министр размял короткие, толстые, покрытые рыжим пушком пальцы, пододвинул к себе клавиатуру персоналки. — Садись ближе, пройдемся по контингенту твоего «Анальгина»: кое-кого надо будет проверить и убрать из отряда.
Через час Юрген возвращался домой тем же маршрутом, но ехал медленно, размышляя о личности министра даже с некоторой долей уважения. Сволочью он был, конечно, первостатейной и в повседневной жизни вел себя как хам и дурак, но изредка в нем словно просыпался исполин-мыслитель, интеллектуал и боец, не подчиниться которому значило умереть на месте!
Ассоциация ветеранов спецслужб «Барс» была создана в начале тысяча девятьсот девяносто пятого года и носила тогда название «Ассоциации ветеранов подразделений специального назначения „Вымпел-Союз“.