Коваль стал падать на Матвея, и это страшное долгое падение все длилось и длилось, а все кругом было как в тумане, и не хватало сил отвести взгляда от сантиметрового кровавого штырька, выросшего над бровью между лбом и виском директора…
Тра-та-та-та! — гулко заговорил пулемет с вершины вала.
Три пули попали Белоярцеву в лицо, отбросив тело за штабель шпал, остальные ударили по укрытиям, заставив солдат «Грозы» попрятать свои головы.
— Соболь, гони! — раздался голос Василия.
Напрягаясь до боли в натянутых мышцах, Матвей пробежал десять шагов по откосу вала вверх, нырнул головой вниз в открытый люк, и только после этого соединенные силы захвата открыли огонь из всех видов оружия, не сразу сообразив, куда надо стрелять: бега Матвея в режиме сверхускорения большинство бойцов не видели.
— Быстрее! — поддержал его снизу Василий, не терявший присутствия духа, швырнул в отверстие пола погреба одну из сумок, сиганул туда сам, крикнул:
— Сумки возьми и больше ничего не трогай!
Матвей подхватил две оставшиеся сумки, бросил в люк и спустился туда сам.
Однако, вопреки ожиданиям Матвея, подземный ход закончился уже на двадцать девятом шаге. Наткнувшись на спину Василия, Соболев остановился, прислушиваясь, но сюда звуки с поверхности земли не долетали.
— Что остановился?
— Думаешь, копатель этого крысиного лаза, то есть я, разумеется, прорыл туннель до Кремля? — хмыкнул Василий.
Балуев потянул на себя за ручку деревянный щит, со скрипом оторвал перекладину, и в тот же момент ход сзади обвалился. Обоих швырнуло воздушной волной вперед. Василий выругался, но не выпустил ручки и открыл еще одну дверь, за которой оказалась деревянная стенка погреба. Отбить доски было минутным делом, после чего друзья проникли в помещение гораздо более скромное по размерам, чем то, откуда они только что сбежали.
"— Устраивайся, — гостеприимно повел рукой Василий. — Здесь можно год продержаться на овощной диете.
Матвей поднялся по лесенке к люку, нашел щель, но, кроме штабелей шпал, ничего не увидел. Не было и особого шума: стрельба стихла, ветер доносил лишь мужские голоса да звуки автомобильных моторов.