Несколько месяцев нытья, ссор и истерик закончились тем, что она отправилась на вечеринку, напилась там какой-то дряни, после чего попала в больницу с угрозой выкидыша.
– Ох, – не смогла сдержать вздох удивления. Как можно быть настолько безответственным человеком? Ведь речь идет о здоровье собственного ребенка.
– Она сказала, что ей не нужен этот ребенок. Мы повздорили, но пришли к компромиссу. Я покупаю ей жилье в Майями, кладу на счет некую сумму, а она после родов пишет отказ от ребенка в мою пользу.
– Ты сам его воспитываешь? – срывается с моих губ. Но Тим игнорирует этот вопрос.
– Ярик был таким крохой и так на меня похож. – На лице Тима появляется грустная улыбка, а я могу поспорить над его схожестью с сыном: как по мне, там ни одной общей черты нет. – Я, когда взял его на руки, Майя, понял, что весь мир готов к его ногам положить.
У меня в груди щемит от его слов, потому что мне, скорее всего, никогда не удастся почувствовать это. А ещё я ревную его к сыну.
– Я нанял няню, поселил их в загородном доме, у меня тогда еще не было судоходной компании, только моя стивидорка, поэтому с легкостью перенес главный офис в столицу, чтобы быть чаще рядом с сыном. О Кате я и думать забыл, мы ведь с ней все порешали, она исчезла из наших жизней, а когда Ярику исполнилось четыре месяца, мне позвонила няня и в приступе истерики сообщила, что мой сын пропал.
Его грудь тяжело вздымается, а на лице играют желваки.
"– Она оставила его в коляске в саду на несколько минут, отошла за детской смесью, чтобы покормить его, а когда вернулась, коляска оказалась пуста. У меня не было тогда охраны, потому что в этом не было надобности. Я не успел нажить себе врагов, да и в стране я никому особо не был интересен, бизнес я вёл за границей, поэтому совершенно не понимал, что происходит и кому мог понадобиться мой ребёнок.