Вдохнув полной грудью прохладный воздух, решила прогуляться. В лес идти не собиралась. Все-таки появление новой самки могут плохо воспринять местные девушки, а ей конфликты ни к чему. Да и усталость после дороги и волнение от встречи с бабушкой сказывались.
Вдоль дороги были высажены деревья: березы, вязы, встречались и тополя. Странное сочетание. Соня не успела пройти и десятка метров, как ее схватили за руку и прижали к одному из толстых вязов.
— Позволь узнать, моя маленькая волчица, куда это ты собралась на ночь глядя? — Шепот Дениса заставил охнуть.
— Ты напугал меня, — выдохнула она. — Я не почуяла твоего приближения.
— И не надо. — Мужчина прижал мощным телом Соню к дереву, поднимая ее руки над головой. — Если мне надо, я могу блокировать собственный запах, и ни одна душа не догадается, что я рядом. Соня, ты не ответила на вопрос!
Она попыталась высвободиться.
— А ты меня пусти для начала, Потемкин! Что за…
Она не договорила, потому что Денис, склонив голову, лизнул ее шею, точно пробуя кожу на вкус.
— Гель для душа со вкусом земляники, — протянул он, делая вид, что не заметил требования. — Ты основательно подготовилась. Только вот для чего?
Соня нахмурилась, догадываясь, куда клонит Денис. Стоять, прижатой его телом, становилось труднее. Скоро полночь, полная луна давно украшает звездное небо, и скоро ее влияние достигнет апогея. Соня остро чувствовала каждый мускул Дениса, и мысли невольно сосредоточились на его бедрах у ее живота.
— Ты снова хочешь меня в чем-то упрекнуть? — проворчала она и сделала еще одну попытку вырваться.
— Я не упрекаю. Пока. Лишь спрашиваю. — Денис говорил глухо, и по тому, как часто поднимается и опускается его грудь, Соня сделала вывод, что он сдерживает целый шквал эмоций.
Поэтому решила ответить честно:
— Я вышла погулять.
— Погулять, говоришь, вышла. — Денис шумно втянул носом ее запах. — Интересно-интересно… И ты, конечно, совершенно случайно направляешься к месту сбора стаи Волков Дальнего Холма? И ты, опять-таки, не собираешься с ними бегать по лесу? Нет, я не против… Я даже не имею морального права тебя не пускать, это твоя стая, Соня… — Он говорил вкрадчивым голосом, и по ее телу побежали мурашки.
"Выговорив яростную тираду, Денис прижался плотнее, практически лишив возможности двигаться.