К словам подруги всё таки прислушалась, и пусть не приготовила ужин, а заказала - для меня и это непривычно. Накрытый стол и свечи и огромная кровать, забросанная пошлыми лепестками роз.
Чувствую себя глупо.
Но как-то ведь надо сказать мужу. Что эти три месяца, когда он каждый вечер приходил домой с цветами, по утрам варил для меня кофе и жарил тосты и молчал, всегда, если я нарывалась на скандал - это всё закончилось.
И мы можем попробовать по-настоящему.
- Эмма, - позвал Макар нетерпеливо.
- Я сняла на сегодня номер в гостинице, - поставила его перед фактом.
- Зачем?
- Потому, что дома Милана.
- И что?
Чертыхнулась про себя.
- Ты приедешь или нет? - спросила резко.
- Нет.
Замолчали. Такого ответа не ожидала, растерянно уставилась в окно. Враз растеряла всю уверенность, все слова.
- Почему?
- Например, - голос мужа холодный. Как кубики льда на столе в ведерке, из которого торчит бутылка лучшего в этой гостинице шампанского. - Сегодня встретился с Артуром. Он мне вернул ключи от моей машины.
Покраснела от мысли, что свернуть шею его дочери всё таки будет неплохо.
Это ведь Милана меня выдернула ночью на помощь. Из-за этой девицы машина осталась у клуба.
- Приедешь и расскажу, - пообещала. Вернулась к столу.
- Мне некогда, Эмма, - повторил Макар. И больше ничего не сказал, мимо трубки выругался на какого-то криворукого водителя и сбросил мой вызов.
Бросила сотовый на стол.
Отлично.
Залпом осушила бокал шампанского и налила еще один.
О чем я думала?
Сначала он поделился мной с бывшим другом. Потом угрозами заставил выйти за него замуж.
Он зло.
Бутылка шампанского быстро пустеет.
А я даже опьянения не чувствую, шагами меряю номер и выглядываю в окно, и внутри где-то жду, что Шварц все таки приедет.
Второй этаж.
И парковка заставлена машинами, выглядываю среди них знакомую и...
Глазам не веря, сдвинулась в сторону, распахнула балконную дверь и сунулась на лоджию. Днем еще было тепло, зато сейчас настоящая осень, ветер забрался под тонкое платье, набросился на разгоряченные щеки.
- Ну и какого черта ты тут стоишь? - крикнула, свесившись через перила.
Артур поднял голову. Его ноги скрещены, задом он опирается на капот, он курит.