Зеркало для двоих

Таня была в этом абсолютно уверена…"

"— Надо же, даже ты запомнила! Значит, и в самом деле в ней что-то такое есть. — Юрий наконец очнулся и тоже принялся за свой ростбиф. Татьяна зубчиком вилки гоняла по тарелке ровные аккуратные куски. Из мяса еще сочился сок, и поэтому за кусками тянулись блестящие следы.

— Знаешь, — проговорила она раздумчиво. — Я, наверное, не очень хочу есть. Гораздо с большим удовольствием я бы приняла сейчас ванну… Простуда еще не прошла, да и вообще в квартире холодно. Не возражаешь, если ты закончишь ужин в одиночестве?

Коротецкий быстро встал с табуретки, сел перед ней на корточки, взял ее теплую кисть в свои руки и поднес к губам.

В его зеленых глазах пульсировала тревога человека, сделавшего ошибку, знающего об этой ошибке и теперь волнующегося о том, чтобы ее не заметили другие.

— Таня, — он произнес это с прежней натужной беззаботностью, — а я ведь знаю, почему ты расстроилась! Все вы, женщины, одинаковые. Я слишком много говорил сегодня об этой девушке, и ты заревновала… Ну, правда ведь, заревновала?

Она смотрела не на него, а на электрическую лампочку.

Глаза ее были слегка сощурены. Яркий свет, преломляясь на тонких белесых ресничках, рассыпался радужными брызгами. Таня вдруг обратила внимание на то, что ее ресницы настолько светлые, что кажутся прозрачными и полыми. «А темные ресницы Юли наверняка наполнены таинственной черной жидкостью, делающей их тяжелыми и колдовскими, — подумала она безо всяких эмоций. — И кто вообще сказал, что у Офелии были светлые волосы и белая кожа?»

— Тань, ну не обижайся, — Коротецкий продолжал дергать ее за пальцы.

 — Про ревность я тоже неудачно пошутил. Я понимаю прекрасно, что вел себя не по-джентльменски. Но знаешь, как трудно признать себя виноватым!.. Прости, а?

Татьяна погладила его по щеке, встала и направилась в ванную. Юрий не стал ее удерживать. Она была больше чем уверена, что сейчас он, освободившийся от тяжкого груза мыслей, которыми не с кем поделиться, и одновременно виноватый, начнет суетиться на кухне, расставляя по местам тарелки и чашки и наводя кругом идеальный порядок.

А потом сядет возле нее на диване и начнет выспрашивать абсолютно неинтересные ему подробности ее учебного дня. Но реальность превзошла самые смелые ее ожидания. Когда Татьяна вышла из ванной с полотенцем, тюрбаном обмотанным вокруг головы, Коротецкий сидел на кухне с «Космополитеном» в руках.

— Знаешь, Танюш, здесь есть тест для жениха и невесты, — произнес он жалко и заискивающе.