После внезапной смерти Кирилла, я поняла, в каком сложном положении вдруг оказалась. Защиты у меня больше нет, как и денег. Артур тут же обрушился на меня мощной волной.
Когда всё случилось, он был в командировке. Узнав о трагедии, срочно вылетел, еле успел на похороны. Он не дал мне и дня, чтобы прийти в себя."
"На следующий день после похорон, я обнаружила его у себя внизу гостиной. Чуть не подпрыгнула, когда шла выпить воды. Долго плакала, не могла уснуть. Остаться вдруг одной после двух лет брака мне было страшно.
Мне было плевать, что выгляжу я не лучшим образом, меня возмущало, что он пришёл, не спросив разрешения.
— Что ты здесь делаешь? Как ты вошёл? — спросила я его, обойдя диван.
— Я думал, ты умнее. У меня есть ключи. Вообще-то, это мой дом.
Я замолчала на время. Какой же наглый! Даже если это и был когда-то его дом, уже давно здесь живём я и Кирилл со Светой. То есть, жили…
— Предупреждать надо.
— Да что ты говоришь? — уставился на меня Артур. — Только мой.
Сверху спустилась Света, таща за собой чемодан на колёсиках. Девочка тихо плакала.
— Артур, ну можно я останусь? Пожалуйста. Я хочу жить с Ирой.
— Нет, — отрезал мужчина, едва глянув на ребёнка. — Оставь чемодан, обувайся и иди в машину.
— Куда ты её забираешь? — нервно заломила я руки.
Света снова заплакала и прижалась ко мне. Я обняла её, погладив по детской, дрожащей от рыданий спине.
— Света будет жить со мной. Я буду опекуном.
— Артур, — попыталась я взять себя в руки. — Я понимаю, что не имею прав на ребёнка. Но может, ты всё же подумаешь?
— Света, в машину, — твёрдо скомандовал он.
Я всё понимаю. Я ей не родня. Просто мачеха. Я не удочеряла ребёнка, и после смерти отца юридически ей никто. Самое логичное, что воспитывать официально девочку будет Артур. Но ведь есть ещё желания ребёнка. Ей тяжело лишиться матери, потом отца, а затем ещё и мачехи.
— Артур, ну будь человеком. Забери её попозже. Пусть придёт в себя.
Мужчина помрачнел. Злится. Он встал на ноги и строго посмотрел на девочку. Она сжалась под его взглядом и сильнее вцепилась в меня. Не на одну меня действуют так эти чёрные глаза.
— Тебя никто не спрашивает, — «удостоил» он меня внимания. — Света, не заставляй меня повторять. Мы уезжаем.