– И то верно, – оживился Разумнов, – я, считайте, ей жизнь спас. Так бы и померла на берегу, той дорогой редко ездят, предпочитают в объезд, по шоссе. Она уже совсем умирала, когда я подъехал, все какую-то Яну вспоминала.
– Что, что? – переспросила я.
– Ну, когда в машину клал, так протяжно застонала и тихонько сказала: «Не надо, Яна, не убивай меня».
Домой добралась к пяти часам. В голове царила полная неразбериха. Кто пытался убить Женю? Неужели скромная и тихая Яна? За что? Не вернулась ли домой Соколова?
Я набрала телефон Яны и долго слушала мерные гудки.
– Как правильно писать – «деревяный» или «деревянный»? – спросил он меня.
– Оловянный, стеклянный, деревянный пишется с двумя «н», – машинально ответила я.
Бекас сосредоточенно заскрипел ручкой. Я пошла на кухню, заварила кофе и села у окна. Хорошо-то как! Ольга с близнецами ушла гулять, Аркадий в консультации, Маня муштрует Бекаса, а старухи куда-то подевались.
Потягивая ароматный напиток, я призадумалась. Итак, что удалось узнать? Пока ничего утешительного. Макс пристрелил Веронику, причем подло, во сне. Я-то верю, что он ни при чем, но все улики против мужика. Ну надо же быть таким идиотом! Раз уж решил укокошить супружницу, так сделай все тихонечко, не болтай. Нет, всем сообщил, что желает пристрелить любимую, и пистолетом размахивал.
Я вздохнула. Нет, все, конечно, было не так. А как?
Глава 19
Утром позвонила Александру Михайловичу.