Анваров дёргает меня за ладонь и утягивает на себя, заставляя распластаться на его мощном теле. Пальцы жёстко впиваются в волосы. В его низком голосе чувствуются нотки грязного веселья. Он не отказывает себе в удовольствии сминать моё тело сильными пальцами, выбивая судорожные вскрики, полные страха.
— Раздень меня. Живо! — покрикивает Анваров и растягивается на кровати в полный рост.
Глаза привыкают к темноте. Но позволяю видеть немногое, лишь контуры массивного тела и его руки, заложенные высоко за голову.
— Смелее, ну! Лежала под моим братом, полежишь и подо мной.
Мои пальцы замирают на металлической пряжке ремня.
— Это тоже часть инсценировки? — едва слышно спрашиваю я.
— Я говорю чистую правду, — ухмыляется Анваров. — Дамир — мой двоюродный брат. Всем известно про нашу вражду…
Я уже ничего не понимаю и застываю каменным изваянием."
"— Не робей, крошка, у меня в трусах нет ничего, с чем бы тебе не приходилось иметь дело раньше! Возможно, только размер крупнее…
С этими словами он надавливает на мою ладонь одной рукой.
— Знаешь, мы с братом едва не убили друг друга. Видимо, ты для Багратова очень важна, если он обратился за помощью ко мне, — едва слышно выдыхает Анваров. — Но как видишь, у него очень… очень мало времени.
Он меняет нас местами и застывает массивной глыбой, вбивая колено между ног.
— Не могу сказать, что я не буду этому рад. Верну долг, в конце концов.
— О каком долге идёт речь?
— Несколько лет назад Багратов оприходовал мою жену. Теперь она считается бывшей. Посягнул на моё… Я согласился помочь ему сегодня, но буду рад взять реванш, — ухмыляется Анваров, стягивая пиджак.
Чёрт побери! Неужели Дамир не мог попросить о помощи кого-то другого, а не своего чокнутого, жестокого кузена? Он явно рад, посвистывает себе что-то под нас, распуская галстук.
В это мгновение слышатся отдалённые выстрелы.
— Началось, — с сожалением выдыхает Анваров и усмехается мне. — Может быть, мы успеем порезвиться, а?
Я отшатываюсь от него.
— Это игра, дурочка.