— Что привело вас в номер молодожёнов, господин Юсупов?
Голос Дамира спокоен, но я чувствую в нём ледяную ярость, лишь набирающую обороты с каждой секундой. Дамир движется в сторону.
— Стой, где стоишь! — слышится грозный окрик троих мужчин.
Багратов игнорирует их требования и наклоняется за брюками. Раздаётся глухой хлопок чуть выше моей головы. Я падаю на кровать, зажимая голову руками.
— Стой. Где. Стоишь, — раздельно произносит третий мужчина.
Выстрел был тихим из-за глушителя.
— Ты испортил стену. Знаешь, сколько стоит президентский люкс в этом отеле? — рычит Багратов. — И не смей стрелять в мою жену!
— Твоя жена, — усмехается Юсупов, отвечая вместо молчаливого амбала. — Как насчёт того, что моя дочь должна была стать твоей женой? Ваш брак должен был скрепить наши деловые отношения. Я готовился любить тебя, как сына. И что я получил в итоге? Мадина пришла под утро избитая, вся в синяках. Сказала, что ты… попользовался ею очень гнусно и вышвырнул вон.
— Мадина ушла из моего офиса ночью. Абсолютно здоровая и невредимая. Я отправил с ней своего человека, — возражает Багратов хмурясь.
— Мадина лежит в больнице. Множественные гематомы и синяки, — Юсупов протягивает телефон Багратову, демонстрируя фотографию. — Я бы не пришёл к тебе в компании этого господина, — показывает на Налимова. — Но враг моего врага — мой друг!
— Я согласился помочь Сабиту Мирзаевичу в обмен на блондиночку. У меня к ней особый разговор о делах её брата, — скалится Налимов.
— Враг моего врага, значит? — усмехается Багратов. — Единственный ваш враг, Сабит Мирзаевич, это ваша дочь. Она организовала похищение моей жены. Две с половиной недели назад. Вытаскивая Эрику из лап похитителей, я получил ранение, — показывает на грудь с ярко-красным шрамом от пули. — Я рыл не в том направлении, считая, что в этом замешаны дружки Соло. Но виновницей была Мадина. У меня есть доказательства… Настоящие доказательства.