- Что ты ему сказал? - смотрю в глаза мальчика. - Почему пёс ушёл? Это было на другом языке или мне показалось?
- Сказал, ты моя.
От его слов холодно. А глаза у него горячие. Смотрю и не понимаю. Почему настолько чёрные? Потому что темнеет? Закат? Или просто такие глаза?
- Ну если это помогло, то я не против, - пожимаю плечами и перевожу взгляд на веточку до сих пор зажатую в ладони, улыбаюсь и протягиваю ему: - Держи!
- Чего? - кривится.
Как черт от ладана.
Так моя няня бы точно сказала, если бы увидела его.
- Благодарность, - выдаю я, помедлив прибавляю. - Спасибо. Ты меня спас. Защитил от зверя.
Он берет ветку. Рассматривает. Вроде как из вежливости. Но выглядит так, точно изучает дерьмо. Явно не понимает зачем это растение существует.
- Пахнет приятно, - поясняю. - Понюхай.
Сминает цветы в кулаке. Растирает и...
- Нет, нет, - бросаюсь к нему, накрываю его пальцы своими.
- Ты сорвала их, - заявляет. - Значит, уже убила.
- Ты не понял, - вздыхаю.
- Главное, чтобы ты поняла, - усмехается. - От диких зверей убегать нельзя. Никогда и ни при каких условиях. Не можешь бороться - подчиняйся.
- Это не важно.
- Хочешь сдохнуть? - издевается.
- Я и так не жива, - замечаю тихо и вдруг признаюсь ему в том, чего прежде никому не открывала: - Я обречена. Когда мне исполнится восемнадцать лет, меня заберут.
- Кто?
- Страшные люди. Плохие. Сначала я думала, они монстры. Вампиры или оборотни. Но нет. Просто люди. Опасные и жестокие. Они придут, чтобы забрать всю мою кровь.
Он молчит."
"- Они забрали мою маму, - тру щеки, потому что горят, невыносимо покалывают, заодно потираю глаза и шмыгаю носом, ведь становится трудно дышать. - Они заберут и меня. Можешь не верить. Можешь считать, я выдумала. Но это правда. Ужасные люди придут и убьют меня. Так что я не боюсь никого и ничего.
Мальчик продолжает молчать. Теперь я тоже молчу. Горло болит. Грудь давит. Кажется, я ничего не смогу произнести, даже если захочу.
- Меня зовут Рустам, - разрывает тишину.
Ох и голос. Взрослый. Хриплый. Тяжелый. По голосу он звучит старше моего брата.
- Юля.
Понимаю, что все ещё продолжаю держать ладони на его кулаке, где в пыль стёрты такие красивые цветы.