Нет, она не имела ничего против того, чтобы поддерживать племя. Эти люди действительно столько лет прожили с Мишей вместе. Многие из них, наверное, были его друзьями, но вот так откровенно полностью спихивать на него добывание еды – это было настоящей наглостью. Он им личный раб, что ли?
– Ты чужая, – настаивал старик.
Он явно хотел сказать, что она не имеет права что-либо решать, но Елене Николаевне было плевать на его слова.
– Его племя, – возразила она. Эти люди были соплеменниками Миши.
Да, он искал жену, но Елена пока не решилась согласиться.
Возможно, в будущем это перерастет в нечто большее, тем более что она не встречала в этом мире более достойного мужчины.
Если говорить прямо, она уже подумывала согласиться на предложение о замужестве. Мужиком Миша оказался хорошим, надежным. В таком мире, какой бы самостоятельной женщина ни была, сложно выжить в полном одиночестве.
А любовь? Право слово, ей ведь не пятнадцать, чтобы тосковать по настоящей любви.
Нет уж, лучше Миша. Он, по крайней мере, понимает, что она говорит. И относится к ней с явным уважением. Сказал, что жена, но при этом ждет, с приставаниями не лезет, хотя Елена Николаевна видела, что иногда ему очень хочется. Чем не достойный кандидат в мужья?
Люди хмуро смотрели на Елену.
Никому не хотелось снова рисковать своей жизнью. Особенно тем, кому не повезло с зубром. Они готовы были кинуться вперед и на деле показать наглой чужачке, на чьей стороне правда.
Заметив враждебность во взглядах соплеменников, Медведь нахмурился.
Положив руку на плечо Елены, он задвинул ее себе за спину и посмотрел на людей так, что всем стало понятно: один необдуманный шаг – и он начнет ломать кости.
– Мы будем в пещере, – заговорил он, все для себя решив.
Раньше он никогда не переживал, что племя воспринимает его только как человека, который может легко добыть еду.
Да и сейчас его это не очень волновало, но ему не понравилось, как бывшее племя реагирует на его женщину. Он никому не позволит навредить ей.