— Я напишу твоему отцу про нестабильность дара, мы пару раз подтвердим это в Санторе для закрепления эффекта.
— Боевики потренируются, — понимающе улыбнулась я.
— Именно. Наведем шороху. После комиссии, которая будет состоять из некромантов, — Залиус многозначительно посмотрел на меня, намекая, что здесь точно проблем не будет, все свои, — ты перейдешь под мой тотальный контроль и без моего разрешения, то есть до официально подтвержденной стабилизации дара, тебя замуж не выдадут, можешь спать спокойно. Но обручить смогут.
— Я все равно очень-очень вам благодарна, профессор! — проговорила, прижав руки к груди. — Спасибо вам огромное!
— У меня есть ряд условий, — вместо «пожалуйста» продолжил Залиус. — Первое и самое главное: вы со своей бандой в юбках не лезете в мою личную жизнь, особенно ваша сваха. Она уже на меня смотрела подозрительно, мне до сих пор не по себе.
Залиус непроизвольно содрогнулся. Очень показательная мужская реакция на слово «сваха», прямо-таки кричащая.
— Обещаю! — выдала, мужественно подавив зарождающийся хохот."
"— Не вздумай смеяться. Я уже пожил и знаю все ваши женские штучки, так что давно не обманываюсь этими вашими милыми улыбками. Второе — любая практика у нас будет проходить здесь, артефакты сдаешь мне. И чего молчим? — хищно прищурился профессор. — Тебе с драконьей связью случайно драконья жадность не передалась?
— Артефакты меня приняли. Не знаю почему, но активировались почти все и сразу при передаче, — объяснила задержку с ответом.
— Будешь сдавать все неактивные, у меня долг перед Софи, — неожиданно по-человечески вздохнул Залиус. — И третье — мы делаем все возможное и невозможное, чтобы снять проклятие с Темных Земель.
— Заполучить артефакт? — уточнила я объем работ.
— Нет. Это лишь часть плана. Мне не нужна побрякушка со всеми ее невероятными свойствами; я хочу сделать что-то достойное и важное для мира в целом. Если хочешь попасть в учебники истории, присоединяйся.
— Вы так говорите, будто у меня есть выбор, — хмыкнула, потирая руки.
— Разумеется, его нет. Но лишь потому, что ты сама страшно любопытная и уже много лишнего пообещала Софи, а та ни в жизнь не вернет ни единого слова. Придется выполнять. Вы сами себе начертали путь, леди Вредность, — закончил профессор и подмигнул.
Подмигнул!
Ну все. Кажется, данное белобрысым прозвище прикипело ко мне на веки вечные.