– Хочешь, Корней, я тебе притчу расскажу?
Мушкетер подумал, что ослышался, но дворецкий продолжил как ни в чем не бывало – будто только и делал, что рассказывал кому ни попадя сказки.
– Притча старинная, арапская. От бабушки слышал, когда мальцом был. Жил-был крокодил, ящер болотный. Сидел себе посреди топи, лягушек с жабами ел, горя не знал. А однажды ночью случилась с крокодилом беда. Поглядел он на воду, увидел, как в ней луна отражается, и потерял голову – захотелось ему, короткопалому, на луне жениться. Больно уж хороша, бела, круглолика.
Корнелиус слушал притчу ни жив, ни мертв. Повесил голову, пробормотал:
– Не знаю…
– Тогда я тебе скажу. – Голос Ивана Артамоновича посуровел. – Или крокодилу на небо взлететь, или луне в болото свалиться. Иначе им никак не встретиться. Понял, к чему я это? Ну, иди, поспи после караула. А не заспится – так подумай о моей притче.
Но ни спать, ни думать о притче фон Дорну не довелось.
Сначала, едва вышел от арапа, примчался нарочный из Кремля – и сразу к Ивану Артамоновичу. Ясно было: что-то случилось.
Корнелиус затревожился, остался дожидаться в сенях.
Дождался. Скоро оба вышли, и арап, и гонец. Застегивая парадный кафтан, Иван Артамонович – хмурый, напряженный – на ходу шепнул:
– Плохо. Царя ночью удар расшиб, кончается. Теперь всякого жди.
И ускакали.
Потом фон Дорн весь день метался по комнате, терзаясь вопросом неужто великий государь того перепуга не снес? Как захрипел, так и не поднялся? Ай, как нехорошо вышло. Ай, как стыдно.
Ближе к вечеру явился Адам Вальзер. Лицо в красных пятнах, глаза горят. Ворвался без стука и сразу:
– Слышали? У его величества апоплексия. Вряд ли доживет до утра. Все бояре там, духовенство, и Таисий первый. Соборовать будут. Это значит, что нам с вами пора за Либереей.
– Куда, в Кремль? – удивился фон Дорн.
– Ах, при чем здесь Кремль! – досадливо воскликнул аптекарь. Библиотека совсем в другом месте!
Корнелиус обмер.
– Вы что, нашли ее?!
– Да!
Глава одиннадцатая
ПОГОВОРИМ О СТРАННОСТЯХ ЛЮБВИ
Отмаршировав от сияющего огнями «Кабака» метров триста, Николас оказался в темном, безлюдном сквере и сел на деревянную скамью, чтобы составить план дальнейших действий.
План составляться отказывался. При имеющихся условиях задача решения не имела.