В последующие разы он старался не обращать на меня внимания, а я все больше ловила себя на мысли, что невольно смотрю на дверь в надежде увидеть его снова и обменяться колкостями.
Ректор покинул кабинет лишь два часа спустя, но мой план пробраться туда и украсть книгу с треском провалился, потому что вожделенный том мужчина держал подмышкой и задумчиво поглаживал корешок. Мы на секунду встретились с ним взглядами, в зеленых глазах танцевали бесенята. Он знает, что она мне нужна и дразнит. Сознательно! Машет перед носом, как перед котенком фантиком на веревочке.
— В-вы уже у-уходите? — заикаясь, спросил Лагро.
— Да, доброго вечера, Пьер, — откликнулся Эйр Хан и посмотрел на меня, будто невзначай подняв руку с книгой. — И вам, студентка Азнавер. Решил взять чтение на ночь. Оказывается, труды моей пра-пра-пра-прабабки и впрямь могут заинтересовать.
Я застыла. Пра-пра?.. Что? Та женщина, что прокляла оба наших рода — предок Реймонда Эйр Хана? А ведь именно рядом с ним наше проклятье перестает действовать! Нет-нет-нет, это не может быть совпадением! Эта книга нужна мне как можно скорее!
Полюбовавшись на мое изумленное лицо, ректор усмехнулся и вышел.
Поняв, что план стащить книгу провалился и мне пора бежать, раз ректора больше нет рядом, я наскоро попрощалась с Лагро и поспешила на выход.
— Эви, я ненавижу верблюдов! — первое, что я услышала, когда перенеслась в комнату Дитриха. Он только что вышел из душа. Его глаза были полны такой безграничной тоски и безысходности, что мне даже стало его жалко. — Они такие… такие… невыносимые!
“Прямо как ректор Эйр Хан”, — мысленно подумала я.
— И говорят такие обидные вещи!
Хм, может, ректор — верблюд?
— Я тоже, знаешь ли, провела не самый приятный вечер, — призналась я. — Но что еще хуже, мне назначили наказание, так что теперь мне предстоит оценить всю прелесть чистки загонов.
Дитрих смотрел на меня недоверчиво.
— Он не мог этого сделать, — прошептал он. — Девушке — и чистить загоны?
— Не думаю, что верблюдам есть дело, кто убирает их… кхм… продукты пищеварения.