Оно намного короче тех, что носят при дворе, и при ходьбе поддерживать юбку не требуется, но разозленная Эвика совсем себя не контролировала, укорачивая длину. В голове некстати всплывали картины недавнего прошлого: порванное платье, обнаженная стройная ножка и преступно нежная кожа под моими пальцами. Думать о магии в тот момент было сложно, хотелось совсем другого. По-хозяйски прикоснуться, провести ладонью до бедер и, задрав юбку, сжать...
Но я не прикоснусь к студентке. Везучий идиот Дитрих Орманский!
— Эта отработка не зачтется.
Открыл дверь, пропуская девушку вперед.
— Как прикажете, ректор. — Эвика гордо прошествовала мимо, обдав меня флером сладкого цветочного аромата
Я чувствовал его не впервые и вновь, вопреки желанию, вдохнул глубже. Перед глазами за мгновение пронеслось: бал, где меня так бесцеремонно вытащили танцевать; алая пустыня и запах цветов среди песчаной бури; девушка в разорванном платье, такая доверчивая в моих руках.
“Я не прикоснусь к студентке!” — вновь повторил мысленно.
“Везучий идиот Дитрих Орманский!” — так же зло добавил мой внутренний голос.
Действительно, идиот. Будь у меня такая невеста, я бы… точно не бегал за каждой юбкой.
Эвика замерла в центре изображенной на ковре магической спирали. Нет, не как жертва, а как незаконно осужденная на казнь.
— Может, это не моё дело, леди Азнавер, но вы, и правда, так себя не уважаете?
Хочу отойти от неё, но почему-то не получается. Замираю на третьем витке спирали, как будто хочу совершить пространственный переход. Наивно. Проклятье не выпустит меня за пределы академии, а я мог бы оказаться на любом конце мира за секунду. Возможно, если бы захотел, взял бы с собой эту рыжую девчонку и не вернул обратно.
“Не вернуть её”, — как соблазнительно звучит.
— Вы правы, ректор. Это не ваше дело, — отрезала она. — Назначайте наказание, я готова!
— Десять ударов плетью. Снимайте платье, — не удержался от шутки и был вознагражден тем, как вытянулось бледное лицо. Рушить защиту будущей королевы Орманской истинное удовольствие.
— Вы с ума сошли?! — Сделала шаг вперед так резко, что на секунду мне показалось — ударит.