Признаться, что я — повелитель стихии? Чем мне это грозит? Вроде, не так уж страшно всё, просто не хочется пока привлекать к себе излишнее внимание, да и разобраться бы сначала, что с этим статусом можно делать и как жить? Вдруг меня сразу военные заберут к себе, или вот целительницы посадят на цепь. Нехватка знаний о местных реалиях — моя главная проблема.
Остаётся признаться, что есть источник, в котором присутствует стихийная энергия, и потянуть время, подождать предложений и понять, какую ценность он несёт.
— Энергия повелителей стихий? — продолжая размышлять, переспросил я, прерывая затянувшуюся паузу.
— Да, — она встала из-за стола и, расправив плечи так, что пуговицы на блузке готовы были посыпаться на пол, подошла почти вплотную и положила свою руку мне на плечо, касаясь пальцами кожи шеи, — та самая энергия, которой просто искрилась Алисия, и остатки которой я в данный момент ощущаю в тебе!
— От моего прадеда мне досталась берлога, — начал я осторожный рассказ.
— Ученица мне рассказала об источнике, — произнесла Екатерина Игоревна, отходя от меня и садясь на своё место. Я с облегчением выдохнул: похоже, держа на мне руку, целительница могла отличать правду ото лжи, — подобный источник — большая ценность, — подперев голову рукой, поделилась женщина.
— Возможно, — я слегка пожал плечами, — не знал об этом.
— Что ты хочешь за доступ к источнику? — прямо в лоб спросила она.
— Ну думал об этом. Это моя земля, мой источник. Мне не хотелось бы пускать туда чужих людей. Что вы можете предложить?
— Понимаю тебя, но источник — слишком большая ценность. Если о нём станет известно на государственном уровне, могут и отобрать.
— Земля — родовая собственность, по идее, она переходит ко мне. Там наследование по мужской линии прямой ветви.
— Если родовая, то не отберут. Бумаги не оформлял?
— Пока нет. Мне сказали, что это не обязательно.
— Да. Родовая земля вычеркнута из обычных реестров. Но для успокоения советую оформить.
— Спасибо, — слегка наклонив голову, вежливо поблагодарил я её за совет, — обязательно займусь.