– Считай, что я обещал закончить. Мне это все самому надоело.
Я не соврал. Именно так я и решил. Не важно, удачным будет дело с аукционом или нет, но я уйду в нормальную жизнь. Хватит дразнить судьбу, ей это может и надоесть. Пока я был один, меня это не слишком волновало. Но вот так вышло в последние дни, что я уже не один. И должен думать о нас обоих. И Сюзет в мой нынешний образ жизни умещается с большим трудом. Плохо, когда мужчина становится для своей женщины не защитой, а источником опасности. Очень плохо. То, что приглядывает за нами сверху, может отнестись к этому плохо.
– Куда пойдем после обеда?
– Не знаю. – Сюзет, ковыряя ложкой в вазочке с мороженым, пожала плечами. – Предлагай, я на все согласна. Лишь бы домой вернуться не ночью, с утра студия.
– В кино?
– Согласна. Куда?
– В «Юпитере» показывают «Невесту Франкенштейна». Не хочешь немного побояться?
– Побояться? С радостью. Я люблю бояться. Только держи меня за руку.
Все же я никогда в жизни не видел такой улыбки.
На следующий день я залез в сверток с наличными, отсчитал две с половиной сотни фунтов и всунул в конверт.
Сначала поехал к Иану – он раньше всех появляется на работе. И угадал, застал его в гараже одного, пьющим чай и слушающим радио.
– Читал газеты? – спросил он, едва я возник на пороге.
– Конечно.
Я разогнал шляпой табачный дым, облаком висящий в комнате.
Газеты только и писали про убийство Крауса, все подряд. И как я и полагал, острие журналистского воображения было направлено в любую сторону, кроме опасной для нас. Подозревали фениев, подозревали гангстеров, подозревали даже британских шпионов, решивших расправиться с Рихардом Краусом за поддержку фениев, но даже близко к истине никто не подошел. И труп в «Плимуте» пока не всплыл."
"Убийство двух детективов тоже вызвало много шума.