Конечно, после такого, грех было не увести из клуба все до последней копейки, и потому я, как мозговой центр нашей семейной фирмы, разрабатывала план, как это сделать. В отличие от прошлых мест, которые мы брали, здесь была сигнализация, и охрана, и система видеонаблюдения неплохая.
Конечно, отключить ее я бы смогла, это несложно, но время, время!
Я посоветовалась с братом и решила, что будет логичнее не борщить. Потерпеть чуть-чуть. Не неделю, а, например, три. Тем более, что клуб фактически уже был открыт и работал, а официальное открытие как раз намечалось с размахом.
Мы уже неплохо подкопили, подкожный жир имелся, теперь надо было, как говорят в криминальном мире, устроить последнюю гастроль.
И вот кто же знал, что она реально будет последней, эта гастроль?
Закон последней гастроли.
Вот есть у урок верная примета: никогда не обзывать дело, которым хочешь завершить карьеру в криминальном мире, последним.
Не знаю, откуда это пошло, но прям жестко контролируется. В мыслях – можно. На словах – нельзя.
Это как раньше рыбакам, перед ловлей, пожелать хорошего клева. Или медикам ,выходящим на смену, спокойной работы. За такое могут и побить.
Мы же, идиоты, в приметы не верим. Не верили.
Вот и получили.
Девчонок, лихо отбривших Валерика, уже порядком нажратого, я заметила сразу.
Вышла в зал, на ходу вытирая шею от липких слюней урода, а там представление.
Валерик кверху жопой на полу!
И девчонка над ним, рыжая-рыжая! Яркая такая, красивая.
Судя по всему, он к ней пристал, а она бортанула удачненько. На глазах у всего бомонда.
Бомонд ржал, Валерик визжал.
Веселуха!
Пока Валерика поднимали, утешали и задницу вытирали, девчонка успела смотать.
Правда, недалеко. Возле барчика приземлилась, рядом с Максиком как раз.