Может, вернемся в здание?
— К сожалению, я не могу. Мне нужно срочно уезжать, — я старалась говорить без негатива. По большей степени, я его больше не испытывала. Просто не хотела находиться рядом с этим человеком.
— Тогда… Тогда, давай поговорим тут. Это не займет много времени. Буквально пара минут, — Айрис вновь убрала пряди упавшие на лицо. Ветер беспощадно расправлялся с ее прической. Хотя, она и в начале мероприятия не была аккуратной. — Дело в том, что я хотела извиниться. Знаешь, в моей жизни столько всего произошло за последние дни.
— Это ужасно. Но я думаю, что ваша семя не является глупцами и они могут распознать, где ложь, а где правда, — я изо всех сил старалась говорить нейтральным тоном. Спокойным. И даже внутренне не поддаваться эмоциям.
— К сожалению, меня оболгали слишком тонко и изощренно. Абсолютно все подстроили так, что у меня и шанса нет оправдаться, — Айрис судорожно выдохнула, опуская руки.
— Мне очень жаль, но я уверена, что со временем у вас получится подняться на ноги, — я не нуждалась в извинениях Айрис, но даже странно, как она начав разговор со слов «Я хочу извиниться», в итоге, так и не попросила прощения. Зато успела рассказать о том, какая она бедная и несчастная и то, как ей тяжело.
— Я и правда очень сильная женщина, — Айрис переступила с ноги на ногу и обняла себя руками.
— Просто вам сейчас эмоционально тяжело, но я уверена, что уже скоро вы придете в себя и сможете со всем справиться, — я посмотрела в сторону дорожки. Мне уже следовало идти. Дерек уставший. Возможно, сидя в машине, он уже засыпает, а я, вместо того, чтобы вместе с сыном поехать домой и уложить его спать, стояла тут с Айрис.
— Но… Но мне правда, очень тяжело. Из-за всего этого я морально поломана. Не хочется об этом рассказывать, но… — Айрис замялась, но прикусив губу, все же продолжила: — Моя семья отказалась от меня. И мой муж и мои дети. Представляешь? Я им всю свою жизнь посвятила, а они меня взяли и вышвырнули. Вообще, что может быть хуже этого?
Я опустила уголок губ.