Мне показалось это странным, но я неуверенно зашагала к лифтам, обдумывая, в чем же здесь мог заключаться подвох.
Атмосфера в офисе была прежней. Каждый был увлечен своей работой, не обращая особого внимания на меня. Время тянулось, и я не находила объяснения такой обыденности. Ближе к ланчу Коуман позвал меня в свой кабинет и закрыл за мной дверь.
«Вот оно», – подумала я, присаживаясь на выдвинутый стул."
"– Тэя, ты неважно себя чувствуешь сегодня? – поинтересовался он с неподдельным беспокойством.
– Просто плохо спала, мистер Коуман.
– Не стоит извиняться. У всех бывают бессонные ночи, – он ласково улыбнулся. – Я уже подумал, что ты приболела. И даже успел расстроиться. Но раз все хорошо…
«Вот сейчас. Сейчас он скажет, что нам пора попрощаться. Он просто тактично прощупывал почву, чтобы новость еще хуже не сказалась на моем здоровье».
– Мисс Уилсон…
«О черт. Не тяни уже. Просто выпроводи меня отсюда».
– Я бы хотел сообщить эту новость при всем коллективе, если Вы не возражаете.
«О да. Я ведь фанат прилюдных унижений».
Я молча поднялась со стула и последовала за Коуманом.
– Прошу, мисс Уилсон, – он пропустил меня вперед и прочистил горло. – Коллеги, минуту внимания. С сегодняшнего дня к нашему сплоченному коллективу на постоянной основе присоединяется еще один специалист, проявивший себя наилучшим образом во время летней стажировки. Уже хорошо знакомая Вам – мисс Тэя Уилсон.
– Да, спасибо, – пробормотала я, погруженная в свои мысли, не осознавая смысла его речи.
– Да, Тэя. С сегодняшнего дня ты официально трудоустроена на постоянное место в нашем отделе. Поздравляю тебя! Я искренне рад приобретению такого ценного кадра, – широко улыбнулся Коуман и сжал мою ладонь, крепко тряся ей. До ушей донеслись голоса коллег с поздравлениями.
– Но… Как? Вы не шутите? – изумлению не было предела. Я прибывала в полуобморочном состоянии.
– Какие шутки? – Коуман усмехнулся и выпустил мою руку. – Сегодня утром Фостер подписал Ваш договор и передал его мне.
От произнесенной фамилии сердце тут же забилось в самый темный угол груди и онемело. Я оглядела улыбающиеся лица коллег и оцепенела, как и внутренний кровоточащий орган.
«Почему он так поступил? Он мог с легкостью избавиться от меня, чтобы я не мозолила глаза. Почему он пожалел меня, ведь я всунула нож ему в спину?».
– Итак, – теперь уже суровый голос Коумана развеял мои мысли.