Натаниэль развел руками мои колени и склонился над взмокшей промежностью. Едва касаясь кончиком языка клитора, он исподлобья взглянул на мое раскрасневшееся лицо.
– Уже такая мокрая… – Нэйт обхватил рукой мою ладонь и устремил их мне между ног. – Чувствуешь? – он направил мои пальцы вдоль клитора и провел дальше, сопровождая действия движением языка.
– Да, Нэйт… – на выдохе произнесла я.
Раскрывая себе доступ нашими переплетенными пальцами, его язык просунулся глубже и начал извиваться уже внутри меня.
– Нэйт, иди ко мне, – я зарываясь рукой в его спутанные волосы и и притянула его к своему лицу."
"– Какая же ты сегодня нетерпеливая, – он самодовольно улыбнулся. – Будь по-твоему.
Нэйт приподнялся на колени и закинул мои ноги себе на плечи, без промедления проникая внутрь.
– О Господи! – я ощутила каждый дюйм его уверенного погружения.
– Так ты хотела? – он склонился к моему лицу и зацепил зубами нижнюю губу. – Так, Тэя? – интенсивность толчков резко усилилась.
– Да… Так… Прошу. Продолжай.
Его глаза вмиг вспыхнули синим пламенем. Он стал двигаться жестче, надавливая весом своего тела. Я чувствовала, как мышцы внизу живота начали напрягаться и содрогаться с каждым его рывком. Я схватилась за его упругие ягодицы и изо всех сил вжала его в себя, подаваясь к нему навстречу.
– Моя ненасытная, – он опустился на локти, сокращая расстояние между нашими телами, и набросился на мою шею, искусывая ее. – Моя страстная, – я ощущала ладонями, как упорнее начали сокращаться мышцы его таза. Неописуемое наслаждение. – Только моя. Вся моя…
– А ты только мой, – жадно блуждая руками по его рельефной спине, я впилась ногтями в лопатки.
– Всегда, Тэя, – громко застонал он.
Мне было катастрофически мало его. Я хотела вдавить его в себя без остатка, до последней клеточки.
– Нэйт, я люблю тебя. Люблю, – невнятные слова чередовались со вздохами, и я крепче продавливала пальцами его плечи.
– Я тоже… Люблю тебя… Тэя, – мое имя оглушительно сорвалось с его губ и повисло в стенах спальни.
Я сжалась вокруг него после пары мощных толчков, разбавляя мрак комнаты протяжным стоном.