Я разобрала доставленные вещи, настояла на том, чтобы помочь Колину в приготовлении ужина, нарядилась в облегающее красное платье для Нэйта, представляя, с каким выражением лица он будет срывать его с меня, и теперь сидела в гостиной, ощущая запах Натаниэля в каждом предмете интерьера. Мне нравилось, что его присутствие было везде.
Наконец-то я услышала долгожданный звук открывающейся двери и вскочила с кресла. Побежала в холл. Внутри меня бурлили эмоции, как будто я не видела его несколько лет. Стоило мне только увидеть любимого, как я бросилась ему на шею.
– Как же долго я тебя ждала, – я втянула запах его парфюма и прикрыла глаза. То, что было нужно.
– Как же долго тянулся этот чертов день без тебя, – его руки сжали мою талию.
Тело среагировало мгновенно. Внизу живота защекотало, и я прижалась к Нэйту еще ближе. Его ладони скользнули вниз вдоль талии к бедрам и обхватили мои ягодицы.
– Мечтал почувствовать тебя гребаную вечность, – прошипел он в мой рот, цепляя зубами нижнюю губу.
Я прервала игру и жадно поцеловала его.
– Кхм, – за нашими спинами раздался слабый звук – Колин робко известил о своем присутствии. – Мистер Фостер, с возвращением. Ужин подан. Прошу к столу.
Нэйт неохотно выпустил меня из объятий и запустил руку в карман, поправляя брюки.
– Спасибо, Колин. Я зверски голоден, – Нэйт хитро улыбнулся и незаметно ухватился за мою задницу. Я едва сдержала визг.
***
Я попросила накрыть ужин на летней террасе на заднем дворе недалеко от бассейна. Сегодня выдался чудный теплый вечер, и я хотела насладиться им в присутствии Нэйта. Натаниэль откупорил бутылку Champagne Krug Clos D'Ambonnay 1995 года и разлил шампанское по бокалам.
– По какому случаю такой выбор напитка? – я оценивающе осмотрела бутылку.
– Разве нам нужен повод? – фирменная улыбка Нэйта образовала ямочку на щеке.
– Не вздумай разбаловать меня, Фостер, – я прищурилась, но приняла фужер.
– На Вашем бы месте, мисс Уилсон, я не спорил, а привыкал, – он отодвинул стул, приглашая меня присесть, и бегло поцеловал в губы.
– За тебя, моя любовь, – Нэйт поднял бокал.
– Нет. За нас.